– Вы все же здесь, принцесса?
– Да. Еле вырвалась, – печально ответила она, слыша, как стих шум инструментов вокруг, и чувствуя, как все навострили уши. – Мать была мной очень недовольна. Как там Фелан?
– Не знаю. Я не был дома. Не подниметесь ли на минутку?
Мрачно дивясь такой родительской беззаботности, принцесса полезла наверх. Иона как будто прочел ее мысли.
– Можете спросить его сами, – добавил он, подавая ей руку, чтобы помочь сойти с трапа.
Разило от него, как из пивной бочки, глаза болезненно щурились от яркого света, но с виду он был достаточно трезв.
– Откуда же вы знаете, что Фелан дома? – терпеливо спросила она, подавив непривычное стремление повысить голос.
Накануне Иона посадил их обоих в кэб. Фелан к этому времени уже пришел в чувство, но глаз не открывал. Он пообещал, что вызовет врача. Нет, принцессе не стоит провожать его до дому: до замка кэб доберется раньше. Да, с ним все будет в порядке, нужно просто прилечь, однако он должен сказать ей кое-что важное – только бы вспомнить что… До того как кэб остановился у ворот замка, вспомнить этого он так и не смог. Принцесса проводила взглядом кэб, с шипением выпустивший струю пара и укативший прочь, и больше Фелана не видела.
– А куда он еще мог деться? – с раздражающей беззаботностью отмахнулся Иона. – Я всю ночь искал Кельду. Вы не видели его в замке с утра?
Принцесса покачала головой.
– Нет. Впрочем, и не искала. Кстати о бардах: мать вскользь упоминала о том, что Кеннел собрался в отставку, и в город вот-вот хлынут толпы бардов. Вы ничего об этом не слышали?
– Состязание бардов, – мрачно проговорил Иона. – Так вот что привело сюда Кельду…
– Но он же не… Кельда же понятия не имел, что Кеннел… – тут она осеклась, потрясенно глядя на Иону. – Уж не хотите ли вы сказать, что это он все подстроил? И… и использовал против Кеннела свое волшебство?
– Кеннел подавился словом, – резко сказал Иона.
Принцесса заморгала. Разрозненные словоподобные объекты в голове вдруг сложились в единое целое, точно осколки разбитого горшка.
– «Круг Дней»…
Глаза Ионы сузились. Ей удалось привести в изумление самого мэтра Кле!
– Вы знаете о нем?
– Мне рассказал о нем мэтр Берли, когда я вспомнила, где видела лицо под капюшоном, изображенное на том диске. Он сказал, что это древний язык, в котором самые обычные слова содержат невероятные силы. Так гласит теория. Докопаться до глубинного смысла этих слов пока не удалось никому. Я видела символ, начерченный Кельдой на столе. Этот же символ был и на диске. Что он означает?
– «Хлеб».
– «Хлеб»?
– Загляните в любую пекарню. Увидите: этим символом до сих пор украшают деревенские караваи.
– В самом деле? – изумилась принцесса. – Потрясающе! Но каков его другой смысл? В чем его тайна?
– Вы знаете и это. Вы видели его силу вчера вечером.
Принцесса вновь изумленно уставилась на него, не в силах сказать ни слова. Несмотря на яркое полуденное солнце, ее внезапно охватило ощущение леденящего холода и странной, непривычной беспомощности.
– И вся эта сила, – еле слышно прошептала она, – под кровом моего отца…
– Именно.
– Но… откуда вы все это знаете? Когда вы впервые встретились с Кельдой?
Иона не мигая смотрел ей в глаза. Казалось, он собирается ответить – она почти слышала слова, собирающиеся в разделявшей их тишине. Но в следующий миг он резко отвернулся, взглянув в сторону города за рекой.
– Берегитесь его, – только и сказал он. – Он видел вас там прошлым вечером?
– Не знаю.
– Не позволяйте ему застать вас в одиночестве.
– Но что мы можем сделать? – с мольбой в голосе спросила принцесса. – Вы знаете этот язык… А силой его владеете?
Иона раскрыл было рот, чтобы ответить, но вместо этого лишь грустно, очень искренне улыбнулся.
– Хотел бы я владеть ею… Что бы ему ни было нужно, он будет ждать, чтобы взять свое во время состязания бардов. Возможно, к тому времени я сумею заставить его изменить планы. А вы просто постарайтесь держаться от него подальше. И навестите Фелана, если сможете.
– Хорошо, – ошеломленно ответила Беатрис.
Иона двинулся прочь, петляя среди безлюдных развалин. Проводив его взглядом, принцесса спустилась вниз, подобрала кисть и снова взялась за более простую загадку – загадку камней под землей.
– О чем вы это? – с любопытством спросил Кэмпион.
Принцесса ответила ему туманной историей о том, как Фелан попал в беду, пытаясь уберечь от беды отца, и в результате все вышло наоборот: Ионе пришлось выручать сына. Казалось бы, придраться в этой истории не к чему, но, подняв взгляд, Беатрис увидела в глазах Кэмпиона нешуточное недоумение.
– И у тебя не нашлось лучшего занятия, чем весь вечер носиться по прибрежным кварталам Кайрая в погоне за Ионой Кле?
– Ты говоришь, как моя мама! – посетовала принцесса, чувствуя, как на губах, вопреки ее собственной воле, появляется улыбка. – В тот момент это вовсе не казалось странным.
