— Зря теряешь время, Вадик. Лучше спасайся, пока ещё можешь. Я же не тупой, понял, что дела твои плохи. Да и ты это понял. Дубов крепко тебе насолил, да? То ли ещё будет… Ведь ты его отца убил… Наверное, это была самая первая ошибка в твоём дурацком плане.
— Что ты несёшь… — скривился, будто от зубной боли, князь.
— Дубовы. Не стоило их трогать. Никому и никогда. Я понял это, едва увидел сына барона, убитого тобой. Если понадобится, они и против Императора пойдут. А тут какой-то Светлейший, ха! Тьфу… — герцог выплюнул сгусток крови. — Ты идиот, князь. Едва ты замыслил пойти против Дубовых, как твои дни оказались сочтены.
Деникин разозлился. Гнев клокотал в нём, как в огромной доменной печи, которая вот-вот взорвется, заливая расплавленным металлом всех вокруг. Князь вскинул руку, чтоб заставить Билибина заткнуться, но тут грузовик остановился, и в дверь кузова постучали.
Это был сотник Вяземский.
— Мой господин, вот сообщение, которое вам должны были доставить! — поклонился сотник, когда князь вышел наружу, и протянул маленькую коробочку. — К сожалению, герцог Слонин погиб от руки Дубова.
— Дубова? — рыкнул князь, сжимая коробочку в руке.
— Я видел это своими глазами, господин.
— Как же меня достали эти Дубовы… Что-то ещё, сотник?
— Да. Господин, разведка докладывает, что к нам приближаются войска Императора и дружина Мечникова.
— Когда они будут здесь? И сколько их?
— Около двух с половиной тысяч. Подойдут к нашим позициям через три-четыре часа. Войско возглавляют царевичи. Прикажете принять бой?
— Да, сотник. Приказываю окопаться и подготовиться к бою. Ударим всем, что есть, чтобы смести их и прорваться к столице. Если Император хочет сперва убить своих детей, то так тому и быть.
— Да, Ваша Светлость.
Сотник развернулся и отошёл от машины. Спустя всего секунду раздались его зычные команды. Огромное войско тут же зашевелилось и пришло в хаотичное, на первый взгляд, движение. Деникин же вернулся в кузов, запер за собой дверь и открыл коробочку. Внутри слабо мерцал голубоватый кристалл. Он был насыщен особой защитной магией. Только тот, кому адресовано сообщение, скрытое в нём, мог его прочесть. Враги не знали об этом, так что, даже если бы Мечникову и Дубову удалось перехватить сообщение, попытка его прочесть стоила бы им жизни.
Может, так и стоило поступить?
Нет.
Деникин сам себе качнул головой. Не факт, что погиб бы Дубов или князь Мечников. А сообщение он бы потерял. Информация сейчас куда важнее.
Князь коснулся пальцем кристалла, искра кольнула, затем голубоватое свечение окутало руку Деникина по локоть. Едва действие магии закончилось, как он изумлённо прошептал:
— Подумать только… в самом центре Империи! Это… это всё меняет!
Кристалл превратился в пыль после использования. Князь выкинул ставшую бесполезной коробочку и подошёл к Билибину.
— Хорошие новости, герцог, — почти ласково улыбнулся он. — Вы мне больше не нужны.
Спустя всего минуту Деникин покинул кузов грузовика и окликнул своего лучшего сотника:
— Вяземский!
Плечистый мужчина с каменным выражением лица тут же подскочил к нему.
— Планы изменились, сотник…
Сейчас
Николай
Всё-таки… Всё-таки не люблю я планы. Мне куда больше нравится импровизация. В крайнем случае план, состоящий из одного или двух пунктов.
Мой сегодняшний план по спасению Билибина и убийству Деникина пошёл по одному месту практически сразу, едва мы вышли из тоннеля и прошли с пару дюжин метров.
Благодаря усилившейся связи с Альфачиком, я не только ощутил, но и почти увидел небольшую магическую вспышку впереди. А затем раздался крик:
— Здесь враг!
Ну ё-моё… Вот если бы не заорали, могли бы подружиться!
Что ж, дружба дружбой, а война по расписанию.
По нам мгновенно открыли огонь из нескольких автоматов. Отряд был слишком большой, чтобы я мог прикрыть всех магической скрытностью от змеиного пояса. Поэтому нас и заметили. Я шёл первым и основной удар принял на себя. Мои защитные артефакты сработали как надо, благо я пополнил их запасы с трупов врагов. Как и все остальные в нашем отряде.
Нам повезло напороться на патруль деникинцев. Где-то впереди кипело сражение, но тылы свои они всё же охраняли. К несчастью для них. Разобрались с ними быстро, хоть там и были сильные и хорошо экипированные воины. Нас всё же три десятка, а их — пятеро. Вот только…
Патруль успел поднять тревогу, и по наши души уже двигались дружинники во главе с кем-то ещё более сильным. Скорее всего, десятником.
— Ладно, Дубов, план был хороший, — сказал Мечников, вытирая кровь со своих укоротившихся обратно мечей, — жаль, что херня получилась. Мы их отвлечём на себя, а вы уходите. У вас своя задача. А мы продержимся сколько сможем и отступим.
Мечников посмотрел на меня так, что я понял: возражений он не потерпит. Никаких.
— Хорошо, — кивнул ему. — Постарайтесь не умереть, Анатолий Петрович.
