– Нет, эта женщина занимается кое-чем другим. Вы что-нибудь слышали о Нелли Блай? – Вопрос этот был адресован всем собравшимся. Они дружно закивали: в Нью-Йорке Нелли Блай знал каждый, после того как Джозеф Пулитцер нанял эту женщину-журналистку для разоблачения ужасных условий жизни в психбольнице на острове Блэкуэлл. – Так вот, мисс Джонс – это моя Нелли Блай. Я послал ее в пасть чудовища, чтобы узнать об этом из первых рук.
– Так она что… выдавала себя за медиума, чтобы потом написать, как проделываются все эти трюки? Она собиралась поведать, как дурачила публику, которая ей верила? – Блэкберн озадаченно почесал подбородок. – Но ведь она устраивает спиритические сеансы несколько лет.
– И все это по заданию редакции, уверяю вас. Мы хотели показать, как охотно зрители – только не обижайтесь – готовы верить жуликам, – сказал Кэбот, обращаясь к толпе, – а также рассчитывали помочь настоящим медиумам, на самом деле обладающим сверхъестественными способностями. И теперь очерк практически готов. Нам чертовски жаль, что так вышло, мисс Джонс.
Он вопросительно посмотрел на нее, взглядом призывая со всем соглашаться.
– О да, мистер Кэбот, – быстро сообразив, подхватила Эйва, – мне тоже чертовски жаль.
– А какова ваша роль во всей этой истории, Слоан? – спросил Мерфи. – Только не нужно рассказывать мне о том, что вы тоже участвовали в расследовании. Потому что всем нам известно, что вы поддерживали с мисс Джонс
Эйва вспыхнула, чувствуя, что краснеет от макушки до пяток. Никому в этой комнате не нужно было объяснять, что означает фраза «особые отношения». И все это в тот момент, когда она уже думала, что худшее позади…
Женщина судорожно сглотнула и как бы со стороны услышала собственный голос:
– Мистер Слоан мне просто друг.
– Друг, который каждый четверг вторую половину дня проводит с вами в номере отеля «Вашингтон-сквер».
Две дамы громко ахнули, а Эйве ужасно захотелось провалиться сквозь землю. Она бросила быстрый взгляд на Уилла, ожидая увидеть на его лице унижение и досаду. Но его тело задрожало, и все мышцы лица напряглись от ярости – таким злым она его еще не видела. На самом деле Эйва не удивилась бы, если бы он набросился на Мерфи и придушил его.
– Вы ставите под сомнение честь этой женщины?
Мерфи не дрогнул.
– Да, вместе с вашими собственными суждениями.
– Мисс Джонс – моя невеста, Мерфи. Так что вы оскорбляете мою будущую жену.
Тело Эйвы напряглось, а сознание запнулось на этой фразе. Невеста? Он что, спятил, потерял свой хваленый рассудок? Неужели последствия их связи были настолько тяжелыми, что ему необходимо было пойти на столь чудовищную ложь?
– Мистер Слоан, – слабым голосом сказала она, – вы…
– Нет, Эйва. Я знаю, что вы предпочли бы еще некоторое время сохранять эту новость в тайне, но мне хочется, чтобы все услышали это сейчас.
Мерфи недоверчиво усмехнулся.
– Погодите-ка… так вы
– И тем не менее, полагаю, это мне решать.
Уилл стоял, гордо выпрямившись, во всей своей красе, и взгляды всех присутствовавших в комнате были прикованы к нему. Глядя на него, Эйва чувствовала боль в сердце. Было понятно, что он уговорил Кэбота сочинить эту историю, чтобы спасти ее репутацию, и теперь она будет до конца жизни благодарна ему за вмешательство. Но ее беспокоила ложь насчет их помолвки. А Эйва уже устала ото лжи, устала чувствовать собственную неполноценность из-за своего происхождения.
Ее карьера медиума закончена, но из этого отнюдь не следовало, что у них с Уиллом может быть общее будущее. И они оба это понимали – как, очевидно, и все остальные в этой комнате.
Как бы там ни было, но на сегодня с нее довольно. Они могут и дальше обсуждать все что угодно, но Эйва не собиралась здесь задерживаться, чтобы выслушивать насмешки. Изможденная, с болью в сердце, она встала и сорвала с головы светлый парик. Кое-кто из гостей захихикал, но Эйва проигнорировала этот смех и направилась в другой конец комнаты, чтобы забрать свои вещи.
– Прошу меня извинить, – сказала она и пошла к выходу.
На следующее утро женщина складывала в сумку свои парики. Странно было расставаться с мадам Золикофф, ведь в течение двух последних лет изображать ее было основным занятием Эйвы, но, возможно, этим реквизитом захочет воспользоваться какой-нибудь другой медиум. Стук в двери заставил ее прерваться.
Эйва выпрямилась и решила не открывать. Ее братья и сестра уже отправились на работу. Никто из них не знал о том, что произошло вчера в доме мистера Эшгейта. Эйва пока что понятия не имела о том, как будет пополнять семейный бюджет после краха мадам Золикофф, но, конечно, она что-нибудь придумает. Лучше не волновать близких раньше времени, пока она не найдет новую работу.
