Барон. В плену твоих чар полностью

– Боюсь, я недостаточно сильна физически, чтобы сделать то, что вы предлагаете. – Напрягшись, она беспомощно дернула ногой. – Вот видите, я не способна передвигать мебель с помощью ступни.

Уголки губ мистера Эванса приподнялись.

– Подозреваю, что мы могли бы наблюдать и противоположный результат. Тем не менее я продолжу. Во время сеанса я задал вопросы о своей тетушке Кэти, которая умерла от заболевания желудка, что мадам и подтвердила через своего духа-проводника. – Он покачал головой с насмешливым сожалением. – Но у меня не было никакой тетушки Кэти. Следовательно, она не могла умереть от желудочной болезни.

– Духи могли ошибиться, – спокойно ответила Эйва. – Вероятно, в помещении был кто-то еще, чья тетя или кузина умерли от подобного недомогания.

– Думаю, под это описание подходит практически любой из присутствующих, – сухо заметил Седжуик. – А что у вас, мистер Блэкберн?

Вперед вышел еще один представитель ОИМ.

– Когда появился дух-проводник, я заметил в комнате какое-то движение. Подозреваю, что это была мадам Золикофф, которая подготавливала своего «духа».

– Я не вставала из-за стола. Вы можете спросить об этом у гостей, сидевших по обе стороны от меня. Мы держались за руки, и я не отпускала их.

Не важно, что на самом деле ее соседи держали за руки друг друга, а не ее. Ведь, кроме нее самой, об этом никто не знал.

– Так ли это? – спросил Блэкберн. – Тогда мне действительно повезло, ведь я отрезал кусочек ткани от чьей-то юбки.

– Должно быть, это была юбка привидения, – с дерзкой ухмылкой вставил Седжуик.

– Да, юбка привидения. – Блэкберн извлек из кармана маленький лоскуток. Он был черного цвета – такого же, как юбка Эйвы.

Проклятье!

Не в силах сдержаться, Эйва заерзала и машинально поправила подол.

– Почему вы решили, что этот лоскуток именно от моей юбки? В данный момент в этой комнате есть еще три женщины в черном.

– Да, но, возможно, вы будете так добры, чтобы встать и позволить нам осмотреть вашу одежду.

И прежде чем Эйва успела что-либо возразить, Седжуик добавил:

– А после того как мы внимательно осмотрим вашу юбку, мы проверим содержимое вашего саквояжа.

Внутри у Эйвы что-то оборвалось. Именно этого она всегда боялась. Долгие годы тяжелого труда, оттачивание мастерства… в один миг все это рухнет. Все, на что она надеялась, не случится. Она не сможет избавить Мэри и Сэма от тяжелой работы. Не сможет купить небольшой домик в деревне с забором из штакетника. Все пропало.

Никакая ложь уже не поможет ей избежать этого, никакой трюк не отвлечет внимания собравшихся. Она попалась.

Люди, находившиеся в комнате, исходили слюной при виде разворачивающегося перед ними спектакля. Эйва понимала их: не каждый мог похвастаться тем, что присутствовал на выступлении медиума, которого уличили в мошенничестве. И все же она выпрямила спину. Они не смогут ее унизить. Что бы они ни обнаружили, что бы ни сказали, Эйва Джонс в любом случае выйдет отсюда с гордо поднятой головой.

Она медленно поднялась на ноги.

– Что ж, вперед, сэр. Делайте то, что…

– Что здесь происходит? – вдруг раздался с порога знакомый голос.

Эйва быстро глянула в сторону двери. Там стоял Уилл. Но смотрел он не на нее. Нет, пронзительный взгляд его серых глаз был устремлен на Седжуика и Блэкберна.

Так он пришел сюда, чтобы посмотреть на дело своих рук?

Его предательство ранило Эйву, и острая боль пронзила ее грудь. Уилл никогда не одобрял ее перевоплощение в мадам Золикофф, однако она считала, что за последние несколько недель он смирился с ее деятельностью. Но, очевидно, это не так. Он не только вызвал ОИМ, но и сам явился к Эшгейту, чтобы лично наблюдать за происходящим.

– Слоан, какой сюрприз! – воскликнул Мерфи. – Мы не ожидали увидеть вас сегодня вечером.

– Да, мне так и сказали. – Уилл прошел в комнату. Его движения были напряженными и порывистыми. – Так что тут у вас? Охота на ведьм?

Седжуик часто заморгал.

– Сэр, в задачи нашего общества входит разоблачение мошенников везде, где только можно. Я думал, что это именно вы…

– Нет, – резко оборвал его Уилл тоном, не терпящим возражений. – Это собрание определенно организовал не я.

Эйва поймала себя на том, что хмурится. Может быть, он лжет? Если не он, то кто же тогда устроил весь этот фарс?

– Вы знаете, кто эта женщина? – Седжуик показал в сторону Эйвы. – Она…

– Лгунья, – пробормотал кто-то из зрителей.

– Мошенница, – добавил другой голос уже громче.

– Вы ошибаетесь, – возмущенно отозвался Уилл и повернулся в сторону двери. – Кэбот?

На первый план вышел еще один мужчина, которого Эйва прежде не заметила. Сухопарый и красивый, он весело подмигнул ей и расплылся в широкой улыбке. Обращаясь к публике, собравшейся в комнате, мужчина развел руки в стороны, словно шоумен.

– Для тех, кто меня не знает, – я Кэлвин Кэбот, издатель газет «Меркьюри», «Бьюгл» и «Чикаго Морнинг стар». А эта женщина – Эйва Джонс. Она является журналисткой, которая работает на меня. Ее цель – разоблачить медиумов-шарлатанов.

– Я… Боюсь, я плохо вас понимаю, – пробормотал Седжуик. – Но разве мы делаем не то же самое?