Барон. В плену твоих чар полностью

В мгновение ока Уилл подбежал к Томпкинсу, замахнулся и врезал ему кулаком прямо в нос. Тот покачнулся, нелепо взмахнул руками и наконец с грохотом рухнул на пол. Уилл, чертыхаясь, потряс в воздухе ушибленными пальцами, а затем повернулся к Эйве.

– Вы в порядке? – спросил он, протягивая ей другую, неповрежденную руку.

Она схватила его за запястье и поднялась на ноги.

– Все нормально, – тихо ответила Эйва, отпуская его.

Из разбитого носа Томпкинса хлестала кровь, заливая жилет.

– Негодяй! Вы сломали мне нос!

Оставив Эйву, Уилл подошел к советнику и, наклонившись к нему, прорычал:

– Если вы сейчас же не уберетесь отсюда к чертовой матери, я вам еще не то переломаю!

И не дожидаясь ответа, схватил Томпкинса за грудки, рывком поставил на ноги и поволок к двери.

– Если вы еще раз – когда-нибудь – хотя бы заговорите с мисс Джонс, я позабочусь о том, чтобы вас уничтожить. Уничтожить все – ваши деньги, ваше положение, вашу семью… Я заберу у вас все. У меня есть для этого средства, и вы это знаете. И поэтому подумайте, хорошенько подумайте, если вам когда-нибудь вдруг захочется вновь с ней заговорить.

Томпкинс вырвался из рук Уилла и, спотыкаясь, вывалился в коридор. Затем он обернулся и бросил через плечо насмешливый взгляд.

– Так вы из-за нее отказались от политической карьеры? Неужели она действительно того стоит?

Слова, которые в ответ на это сорвались с губ Уилла, застали Эйву врасплох.

– Вне всякого сомнения, – твердо заявил он и, схватившись за дверь, захлопнул ее перед самым носом у Томпкинса.

Уилл постоял некоторое время, пытаясь отдышаться и взять себя в руки. Чертов Томпкинс! Можно было бы и догадаться, что он во всем обвинит Эйву. Следовало первым делом встретиться с ней, вместо того чтобы шататься без толку по дому, ожидая подходящего повода для визита.

Слоан испытывал острое чувство вины из-за того, что пришлось пережить Эйве, – начиная от его ухаживаний за мисс Айзелин и завершая общением с Обществом исследования медиумизма. А теперь еще и Томпкинс… Закончится когда-нибудь это безумие?

«Да, закончится», – ответил он себе, набирая побольше воздуха в легкие. И именно сегодня, потому что Уилл собирался загладить вину перед Эйвой.

– Вы в порядке? – оборачиваясь, еще раз спросил он.

На него, растерянно моргая, смотрели большие карие глаза. Растрепанная, злая, раскрасневшаяся – никогда еще она не казалась ему такой красивой.

– Да. Вы подоспели вовремя… пока все это не закончилось еще более мерзко, чем началось.

– Прошу прощения за то, что вам пришлось это пережить. Я не думал, что он станет вас искать.

– Ну, после вчерашнего вечера это даже неудивительно. На самом деле я теперь в любой момент жду появления у своей двери длинной очереди великосветских матрон, наточивших когти против женщины, посмевшей украсть мужчину их круга. После чего я буду вынуждена объяснить им, что вся эта история с помолвкой была не более чем очередной ложью.

– Никакая это не ложь.

Эйва напряженно сдвинула брови.

– Что, простите?

– Я говорю, что история с помолвкой не ложь. У меня нет никаких причин, чтобы лгать.

– Вы шутите.

– Нет, не шучу.

В доме Эшгейта он прибегнул к выдумке, чтобы спасти репутацию Эйвы, но после этого не спал всю ночь. И чем больше Уилл размышлял, тем более разумным казалось ему жениться на Эйве. Предвыборная кампания уже не сдерживала его, а остальные аргументы Слоана не пугали. Он хотел эту женщину. Каждый день. Каждую ночь. И плевать ему на условности.

– Я хочу на вас жениться, Эйва.

– Вы хотите… жениться на мне?

– Да.

Она пристально смотрела на него, и ее лицо было непроницаемым. Интересно, о чем она сейчас думает? Привлекает ли ее идея выйти за него? Не было никаких причин, по которым могло бы быть по-другому, особенно если учесть, как пылко она ответила на его страсть. Они с Эйвой идеально подходили друг другу, и она, конечно, не могла этого не замечать.

– Простите, но я не могу принять ваше предложение.

Мозг Уилла споткнулся об эту фразу, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать ее смысл. Эйва сказала «нет».

– Вы… вы не можете за меня выйти? Но почему?

– Уилл, – со вздохом произнесла Эйва, разглаживая блузку на груди. – Будьте благоразумны. Вы ведь не жениться хотите.

– А почему я не могу хотеть жениться на вас?

– Потому что вы… – Эйва сделала неопределенный жест в его сторону, как будто это все объясняло.

Уилл развел руками и оглядел себя сверху донизу.

– Я – что? Не понимаю вас, Эйва. Как вы можете с такой уверенностью судить о моих чувствах, ведь я сам только совсем недавно в них разобрался?

Ее губы были плотно сжаты.

– Это похоть, Уилл. Вы просто хотите еще раз переспать со мной. Я убеждена, что ваши чувства вскоре изменятся.

– Сомневаюсь. И опять вы, Эйва, рассказываете мне о том, что чувствую я. А я хочу услышать, что чувствуете вы.