Шарлотта не могла быть уверена в том, что он рассматривает ее в качестве будущей жены, поэтому ее вопросы должны были носить обобщенный характер – фривольные фантазии дебютантки. А это означало, что мадам Золикофф никак не могла повлиять на конечный результат – и слава богу. И все же Уиллу не нравилось, что он до сих пор не знает, что именно они обсуждали.
– Нет, конечно! Мисс Болдуин дебютантка и поэтому рассчитывает в скором времени выйти замуж. Само собой разумеется, эту девушку интересует ее судьба.
– И еще деньги, – буркнула Эйва. – Которых у вас, похоже, куры не клюют. Так что вы с ней идеально подходите друг другу.
Что-то в ее тоне насторожило его…
– Поверить не могу – вы ревнуете!
– Это смешно. Я не завидую женщинам, которые проводят с вами время. По мне, так пусть заполучат вас хоть все разом.
– Да неужели?
Эйва решительно кивнула, и Уиллу внезапно захотелось, чтобы она призналась в том, что лжет. Ни одна женщина не могла целоваться так же, как Эйва, отдаваясь этому всем телом и душой. По крайней мере, Уилл убедился в этом на собственном опыте.
– А теперь я хочу услышать ваше предсказание, – произнес он и положил на стол руки ладонями кверху.
Эйва судорожно сглотнула и потупилась, заставляя его ждать. А ведь он уже больше часа томился в мучительном предвкушении того момента, когда она к нему прикоснется. И если это единственный способ добиться желаемого, то так тому и быть.
– Ну же, давайте, я щедро за это заплатил.
– Ладно. – Эйва шумно выдохнула и взяла его за запястья.
Как только она к нему прикоснулась, тело Уилла содрогнулось. Пульс забился часто-часто, а все нервные окончания стали сверхчувствительными.
Эйва поджала губы и сделала вид, будто внимательно изучает его ладони.
– Я вижу, что вы упрямы и заносчивы. Вас с детских лет баловали, и поэтому вы убеждены, что всегда правы. Умрете вы несчастным, одиноким стариком, среди денег и прислуги. – Она отпустила его руки и откинулась на спинку стула.
Слоан мог бы решить, что она совершенно спокойна, если бы не судорожно трепетавшая жилка у основания ее шеи. Эйву настойчиво тянуло к нему, и она отчаянно боролась с собой.
Уилл постарался сдержать довольную улыбку.
– Хорошенькую картину вы мне нарисовали за две сотни долларов.
– Обсудите ее со своей половиной, – огрызнулась Эйва, поправляя рукава на запястьях и стараясь не встречаться с ним глазами.
– Я тоже хотел бы погадать вам по руке.
Она резко подняла голову, устремив на Уилла слегка испуганный взгляд.
– Что?
– Вашу ладонь. – Он поманил ее пальцем. – Давайте, я хочу прочесть, что там у вас написано.
– Нет. Вы недостаточно квалифицированны, чтобы это понять…
Уилл подался вперед и двумя руками поймал ее правую ладонь. Эйва затаила дыхание. Между ними снова проскочил электрический разряд, и по нервам волной прокатилось острое ощущение – клокочущее желание, от которого вот-вот закипит кровь.
К счастью, Эйва была слишком потрясена, чтобы сопротивляться, поэтому Уилл, пользуясь моментом, начал гладить большими пальцами мягкую кожу ее ладони. Рука женщины едва заметно задрожала.
Кончиком пальца Уилл провел по самой длинной линии на ее ладони.
– У вас хорошо выражена линия жизни. Это означает, что вы умны и трудолюбивы. На вас лежит много обязанностей, но вы блестяще с ними справляетесь. Вы находчивы и изобретательны.
– Э-э-э… длинная линия жизни означает совсем не это. Вы выдумываете.
Уилл взглянул в ее растерянные глаза.
– Это мой собственный способ гадания. Так что перестаньте умничать и перебивать. – Устроившись на стуле поудобнее, он продолжил: – А вот линия любви. – Уилл медленно провел пальцем по нежной, чуть розоватой коже вдоль тоненькой складки, словно старался запомнить ее в мельчайших деталях.
Наверное, так оно и было. Уиллу и вправду хотелось знать о теле Эйвы как можно больше, хотелось наслаждаться им, пока не наступит пресыщение. Хотелось удовлетворить свою одержимость, свою навязчивую идею, а затем вернуться к жизни, какую он вел до того, как в ней появилась мадам Золикофф: к спокойной предсказуемости, которую никто не мог нарушить, бросив ему достойный вызов.
Но сначала… сначала он добьется своего.
Уилл кашлянул, прочищая горло.
– Вы с трудом верите людям, потому что в прошлом испытали боль. Подозрительно относитесь к своим чувствам. Но внутри вы полны страсти, Эйва. Я вижу это так же отчетливо, как и все эти линии, пересекающиеся на вашей ладони. – Кончиком пальца он провел по ее пальцам, отмечая прикосновением каждый сустав. Губы Эйвы приоткрылись, и Уилл услышал, как с них сорвался тихий вздох. – В вас так много страсти, что она причиняет вам боль.
Поднеся ее руку к губам, он нежно коснулся ими каждого из ее вдруг затвердевших пальцев, а затем поцеловал ее в середину ладони. Хрупкая рука Эйвы затрепетала под его устами, и Уилл слегка укусил ее чуть выше запястья. Женщина тихо охнула, но не отдернула руку, и от этого звука Слоан испытал возбуждение.
