Осторожно, стараясь не шуметь, Эйва прошла через гостиничный номер. Большинство женщин, скорее всего, стали бы сожалеть о том, что произошло… но только не она. Особенно после того, как Уилл – столь неожиданно – оказался пылким любовником. Он сделал все, чтобы она не чувствовала себя распущенной дешевкой. Он восхищался ею. Боготворил ее. За эти полдня он уделил ей больше внимания, чем Стивен Ван Данн за пять месяцев.
Тем не менее это было все, что могло произойти между ними. Сегодняшняя встреча не повторится. Благодаря его нежности Эйва и так испытывала к нему слишком большую симпатию. «Вы… превзошли мои ожидания… Вы оказались более красивой. Более чувственной. Более бесстыдной. И более страстной, чем я думал…» После этих слов тонкая корка льда, окружавшая ее сердце, окончательно растаяла, и теплое, яркое ощущение, появившееся у нее в груди, пугало Эйву.
Уилл не собирается на ней жениться. Черт, он даже не стал за ней ухаживать. Этот мужчина сразу признался в своих истинных намерениях, еще когда они только обсуждали встречу в гостиничном номере. Уильям Слоан, хозяин Северо-восточной железной дороги, и Эйва Джонс с Бэнк-стрит – у них просто не было общего будущего. Жизнь не волшебная сказка, а она сама – определенно не принцесса. И никогда не станет женой богатого человека.
Уже взявшись за дверную ручку, Эйва обернулась, чтобы бросить на Уилла прощальный взгляд. Картина была завораживающей: обнаженный мужчина, раскинувшийся на кровати. На лоб ему упала прядь белокурых волос, и Эйве очень захотелось поправить ее – даже кончики пальцев зачесались. Уилл казался таким молодым. Таким взъерошенным. Таким расслабленным и удовлетворенным. Она могла бы часами любоваться им, удивляясь контрастам и противоречиям в характере этого человека. В одно мгновение беспощадный и жесткий, а в следующее – невероятно нежный. Эгоистичный и требовательный, но при этом умелый любовник, способный щедро себя отдавать. Кому-то из дебютанток с Пятой авеню однажды крупно повезет.
Но не ей. Она позволила себе полдня наслаждаться его близостью. И хотя его объятия чрезвычайно волновали и захватывали ее, это не должно войти у нее в привычку. Она могла потерять слишком многое.
Чувствуя тяжесть в груди, Эйва вышла из номера и побрела по коридору к лестнице. Пешая прогулка пойдет ей на пользу – поможет немного проветриться. Никто из постояльцев отеля не встретился ей на пути, и Эйва, спускаясь по ступенькам в фойе, благодарила за это судьбу.
Проходя мимо дверей кафе, она лишь мельком взглянула на посетителей, хорошо одетых мужчин и женщин, лениво наслаждавшихся праздным времяпровождением после обеда. Для таких, как Эйва Джонс, эта публика была абсолютно чуждой.
Поэтому женщина едва не споткнулась от неожиданности, когда ее вдруг окликнул мужской голос. К горлу Эйвы поднялась волна паники, и она поспешно выскочила через парадный вход на улицу. Свет угасающего июньского дня на миг ослепил ее, и она вдруг задумалась, сколько же времени они пробыли с Уиллом наверху. Два часа? Три? Нужно торопиться, чтобы успеть приготовить ужин.
Однако Эйва сделала лишь несколько шагов по тротуару, прежде чем на плечо ей легла чья-то рука.
– Мисс Джонс.
Деваться было некуда. Эйва остановилась и обернулась. На нее, нервно шевеля кустистыми усами, подозрительно смотрел Чарльз Томпкинс.
– А, мистер Томпкинс. Здравствуйте.
– Я был удивлен, увидев вас в фойе. Вы что, шли из кафе?
– Да, – солгала Эйва. – Посидели с подругой за чашечкой чая. А вы?
– У меня было деловое свидание в ресторане. Я рад, что встретил вас. Может быть, зайдем и выпьем чего-нибудь? Это ненадолго. Мне нужно с вами поговорить.
– Простите, но мне срочно нужно домой…
– И все же я настаиваю, – сказал мужчина, беря ее под локоть. – Обещаю, что не задержу вас надолго. – И Томпкинс повел Эйву туда, где ей сейчас меньше всего хотелось находиться. Но она не могла этому воспрепятствовать – разве что устроить скандал прямо посреди улицы.
И все же женщина попыталась еще раз:
– Нет, правда, я спешу домой. Может быть, мы могли бы встретиться завтра?
– Не думаю. Вас так трудно найти…
Страх застрял у нее в желудке, словно дешевый блинчик, купленный на лотке у уличного торговца. Так значит, Томпкинс ее искал? Черт бы побрал Уилла и его выдумки! Эйва лихорадочно пыталась догадаться, о чем мог хотеть поговорить с ней Томпкинс. Об интервью с Беннеттом? Они вошли в кафе, и Эйва расправила плечи. Не стоит паниковать раньше времени. С помощью лжи ей удавалось выкручиваться и из более серьезных ситуаций. Так что с Томпкинсом она как-нибудь справится.
Они уселись за столик. Когда появился официант, Эйва попросила принести ей чашку чаю, а ее спутник – кофе. Сделав заказ, Томпкинс небрежно развалился на маленьком металлическом стуле.
– Давайте начнем с разоблачений. Вы не работаете в «Бруклин Дейли таймс», потому что такой газеты не существует.
– Да, это правда. Однако для вас же лучше, если вы не будете знать, как называется газета, в которой я работаю. Мы предпочитаем не раскрывать эту информацию, пока материал не готов.
