– Что ж, идём. Баран, показывай куда.
– Я – Барай, – хмурый вид бандита рассмешил Барса.
– Мне плевать, хоть бык. Веди уже. Иначе отстрелю яйца, – достал пистолет и показал туда, что обещал отстрелить.
– Идиот, – буркнул тот.
Барс мгновенно оказался рядом и пригвоздил его стволом к пальме. Бандит был гораздо крупнее парня и в тоже время не смог вырваться. Это стало для него очередным открытием.
– Отпусти…
– Я могу сначала отстрелить тебе язык.
Тон парня изменился до неузнаваемости от того, что недавно был с девчонкой.
– Я понял, – прокряхтел Барай.
– Ещё одно неправильное слово или действие, и ты останешься калекой.
Барай кивнул. Другие не вмешивались. Вилика тоже помалкивала. Вся компания перекусила бутербродами с изрядно поплывшим сыром и беконом, хотя вытащили их из специальных пакетов-холодильников.
– Нефига эти кульки не сохраняют продукты. Хоть бы не отравиться, – промямлил один из друзей Барса.
– Ничего. Тут зарослей много, – ответил другой. И все заржали.
– Не хотелось бы обсирать кусты, пока вы будете искать этот долбанный храм.
Вскоре они отправились в путь. Барай вёл их такими тропами, что сами парни никогда бы не нашли этих скрытых дорог. Собакам дали обнюхать рубашку Маржина. Они никак не могли взять след.
– Бесполезные псины! За что я отвалил за них такую кучу лагов? – возмутился Барс.
– Не горячись. Собаки правильные и, где смогут, возьмут след. Значит, здесь вашего человека не было, – спокойным тоном пояснил Барай.
– Не может быть, чтобы его здесь не было! Дыр говорил, что самолёт упал в самом начале джунглей, так как в их глубины местные не пошли бы на поиски, – проголосила Вилика с подступающим комом к горлу.
– Малыш, не нервничай. Может, твой отец настолько умный, что и летать умеет?
Ехидный тон любимого взбесил её.
– Не смешно! Барс!.. Ты говоришь о моём отце.
– А что я сказал плохого? Ты же сама говорила, что он – гений.
– Да! Но летать он не умеет!
– Если этот человек был гением, он мог преодолеть некоторое расстояние на лианах.
И снова пояснение Барая повергло всех в ступор.
– Не был, а есть!
Вилика сверкнула глазами.
– Простите. Есть.
– На лианах? Зачем? Он же не обезьяна, – вставил свои три копейки Мика – один из друзей Барса.
Девушка готова была вспыхнуть, ведь речь шла об отце. И все эти колкости в его адрес раздражали.
Барс подошёл к ней и обнял за плечи. Она попыталась сбросить его руку, но не смогла. Он крепче прижал её к себе.
– Могу предположить, что здесь находились хищники, и ваш отец, таким образом, спасался от них. – Снова пояснил Барай.
Глаза Вилики расширились.
– А на этих лианах так можно долго перебираться?
– Можно, если он натренированный и умный.
– Папа… такой. Сильный, смелый, умный.
– Прямо не человек средних лет, а полубог. – Процедил Барай.
На этот раз даже на суровом лице бандита образовалось подобие улыбки.
– Пусть так. Главное – найти его. – Этой фразой Барс решил подбодрить любимую.
Чуть позже вся компания медленно двигается через густые дебри. Солнце, проникая сквозь плотную листву исполинских деревьев, создает калейдоскоп мерцающих пятен на влажной земле. Запах гниения, смешанный со сладким ароматом экзотических цветов, наполняет горячий, влажный воздух. Джунгли дышат жизнью, пульсируют в унисон с криками птиц и шелестом крыльев насекомых. Лианы, будто змеи, обвивают стволы вековых деревьев, тянутся к свету, сплетаясь в непроходимые заросли. Под ногами хрустят опавшие листья, скрывая под собой коварные корни и влажную, глинистую почву. Каждый шаг требует внимания, ведь здесь, в сердце джунглей, скрывается множество опасностей.
Вилика обратила внимание, что звуки здесь обманчивы. Тишина может быть предвестницей нападения хищника, а громкий крик обезьяны – всего лишь предупреждением о надвигающейся грозе. Река, петляющая сквозь джунгли, будто живая артерия, несёт в себе жизнь и смерть. В её мутных водах таятся крокодилы, а по берегам растут ядовитые растения. Но, несмотря на опасности, джунгли завораживают красотой и величием. Здесь, вдали от цивилизации, можно почувствовать себя частью чего-то большего, ощутить единство с природой и осознать свою незначительность перед лицом её мощи. Это место, где жизнь и смерть переплетаются в вечном танце, где каждый день – борьба за выживание, и где красота природы проявляется во всём своём великолепии.
– Реально красиво здесь, – протянул Макр.
– Сто пудов, только очко жмёт, – ляпнул один из друзей Барса.
– Как там тебя? – спросил Макр скалящегося блондина.
– Закин.
– Ок. Слушай, Закин, мы при Вилике Маржиновне так не выражаемся. Так что придержи язык за зубами.
– Да ладно!.. Барс! Что, реально всем нам надо теперь следить за языком? – густые золотистые брови достаточно симпатичного холёного парня взлетели вверх.
Барс оглянулся.
– Да. Это касается всех. Нежные ушки моей девочки не предназначены для вашего жаргона.
– Хорошо. А как же ты сам материшься при ней?
– Это другое. Для связки слов.
Спустя несколько часов они нарвались на пантеру. И, не успев испугаться, с ней в мгновение ока разобрался Барай своим небольшим искривлённым кинжалом.
Барс не смог сдержать восхищения.