И через полчаса, когда они уже сидели за столом, Свенсон всё никак не мог успокоиться.
– Я же помню, что ставил духовку на самый минимальный режим! – вновь и вновь повторял он. – Хорошо это помню!
– Успокойся! – Глория ласково погладила его по руке. – Ты просто мог перепутать режимы, вот и всё…
– Да не мог я их перепутать! – пробормотал Свенсон, накрывая узенькую ладошку женщины широкой своей лапищей и, спохватившись, добавил: – Ну, всё, не буду больше об этом! Возможно, и в самом деле перепутал что-то. Или сбой в автоматике… беда не в том…
– А в чём тогда? – поинтересовалась Глория.
– Беда в том, что оставил тебя без главного блюда!
– Главное блюдо для меня – вот!
Глория, высвободив руку, указала на широкую вазу с фруктами.
– А мясные блюда… я их как-то… не особенно уважаю…
– Утешаешь? – мрачно буркнул Свенсон.
– Да нет, так оно и есть! И знаешь что?
– Что?
– Давай лучше выпьем!
Впервые Глория сама предложила это, и Свенсон, торопливо наполнив бокалы, поднял свой.
– Я пью за тебя, Глория!
– А я – за тебя, Алаф!
Они выпили, и Свенсон вновь торопливо наполнил бокалы.
– Знаешь, я уже совсем пьяная! – Глория засмеялась. – А ты всё наливаешь и наливаешь! Ты, видно, специально меня спаиваешь. Интересно только, с какой целью?
На взгляд Свенсона, пьяной Глория совсем даже не выглядела. Она только раскраснелась немного… да и глаза как-то подозрительно блестели. Впрочем, всё это было ей даже к лицу.
– И я, кажется, догадываюсь, что это за цель! – добавила Глория тихо и на удивление серьёзно. – И знаешь, я не против…
Ничего ей на это не отвечая, Свенсон осторожно взял узенькую ладошку женщины в обе свои. Потом, поднеся ладонь Глории к своим губам, принялся целовать тонкие её пальчики, медленно, по очереди, ни одного из них не пропуская. Потом он стал целовать её ладонь…
– Не надо! – еле слышно прошептала Глория, не отнимая руки. – Ты же просто так это… хоть я понимаю…
– Что ты понимаешь? – прошептал Свенсон, продолжая целовать её руку. – Ничего ты не понимаешь!
– Тебе просто одиноко… как и мне… А так… я же тебе совсем не нравлюсь!
– Ты мне нравишься! – вновь прошептал Свенсон и, наклонившись, стал целовать Глорию в шею. – Ты мне очень нравишься, правда!
– Я тебе не верю!
И вдруг, обхватив Свенсона за шею обеими руками, Глория сама принялась покрывать его лицо торопливыми поцелуями.
– Не хочу ни о чём думать! – шептала она при этом. – Ни о чём не хочу думать сейчас! Пусть будет, как будет… мне с тобой так хорошо… спасибо тебе за это!
– Это тебе спасибо!
Руки Свенсона уже срывали с Глории одежду, торопливо и почти грубо… а она, дрожа всем телом, сама помогала ему в этом. А потом срывать стало нечего…
Свенсон поднялся из-за стола, повалив при этом стул и даже не заметив этого. Он смотрел на Глорию, стоящую перед ним, и она тоже смотрела на Свенсона испуганными, широко раскрытыми глазами.
– Видишь, какая я послушная! – прошептала Глория, тщетно пытаясь улыбнуться. – Я никогда не была такой… ни с кем не была… и я… Мне страшно, понимаешь? Не делай мне больно…
– Маленькая моя!
Свенсон ощутил вдруг, как какой-то сухой колючий комок подкатил к горлу, да так, что даже дышать стало трудно.
– Я буду нежным тобой, – прошептал он, подхватывая Глорию на руки, и женщина сразу же крепко к нему прижалась. – Я буду очень нежным… тебе не о чем волноваться…
Глория ничего не ответила. Она лишь ещё крепче прижалась к Свенсону, а он, осторожно ступая, понёс её в сторону спальни.
Дверь спальни, «узнав» хозяина, послушно и совершенно бесшумно раздвинула створки, пропуская их. И всё же, чтобы пройти в спальню с Глорией на руках через довольно узкий дверной проём, Свенсону пришлось повернуться боком. Потому он не сразу увидел то, что ожидало его в спальне…
А там, в кровати, лежала какая-то совершенно незнакомая Свенсону женщина, лежала и молча смотрела прямо на него. И Свенсон тоже ошеломленно уставился на незнакомку.
Женщина в кровати была очень молодой и очень красивой… во всяком случае, она была куда красивее Глории. Волосы незнакомки, густые и пышные, да ещё и с золотисто-медным отливом, в красивом беспорядке рассыпались по подушке, большие, небесного цвета глаза смотрели на бывшего космодесантника с какой-то непонятной иронией.
– Ну, что же ты, Алаф? – нежно и, одновременно, с непередаваемо капризной интонацией в голосе промурлыкала женщина. – Ведь знаешь, что жду, а сам всё не идёшь и не идёшь!
Скорее всего, Глория до этого самого момента и не подозревала, что в спальне, кроме их двоих, ещё кто-то находится. Услышав голос женщины, она вздрогнула и повернула голову в её сторону.
– Всё в порядке, милочка! – обратилась женщина в кровати уже непосредственно к Глории. – Просто Алаф решил сегодня организовать для меня, так называемый, групповой секс, вот почему ты здесь! Он большой озорник, этот Алаф… впрочем, я сама попросила его об этом сегодня утром! Никогда ещё не участвовала в групповом сексе. А ты, милочка?
