– Я вас надолго не задержу! – пробормотал мистер Уинсон, задыхаясь, то ли от собственного чрезмерного веса, то ли от непривычно быстрой ходьбы. – Я просто… просто хотел предложить вам посетить мой урок. У вас же первая пара свободная?
– И что? – спросил Свенсон, останавливаясь.
– Ну и… посетили бы мой урок…
– Для чего?
– Как это, для чего? – не понял, или сделал вид, что не понял, мистер Уинсон.
– Ну, для чего мне посещать ваш урок? – повторил Свенсон. – С какой целью?
– Ну… – несколько растерянно пробормотал мистер Уинсон, – должно же быть у нас взаимное посещение уроков. Об этом даже в уставе сказано. Тем более, что…
– За эти две четверти, – перебил мистера Уинсона Свенсон, – я посетил более десятка ваших уроков! А вы моих сколько? Ни одного! Так какое же это, к чёрту, взаимное посещение?
Свенсон и в самом деле посетил более десятка уроков мистера Уилсона. И не менее пяти уроков мистера Мэрисона. А всего за эти две четверти он посетил уроки всех своих коллег, и не по одному даже разу. Наверное, только на уроках мисс Мередит он так ни разу и не присутствовал…
Сначала Свенсон посещал эти уроки довольно охотно, тем более, что именно его наперебой приглашали к себе все без исключения учителя (кроме мисс Мередит, разумеется… но, она – директор, а не учитель). И во всех этих приглашениях Свенсону наивно виделось тогда лишь заботливо-дружеское отношение бывалых педагогов к своему молодому (не по возрасту – по педагогической деятельности) коллеге. Передача опыта… и всё такое прочее…
Удивлял и даже слегка обижал Свенсона лишь тот несомненный факт, что его собственные уроки никто из коллег почему-то посещать не торопился, несмотря на неоднократные приглашения. За эти две четверти на уроках Свенсона побывала (и даже несколько раз) лишь мисс Мередит. Впрочем, она, как директор гимназии, просто обязана время от времени посещать уроки всех без исключения учителей.
А потом Свенсон понял, наконец, главную (а возможно, и единственную) причину всех этих приглашений. Просто в присутствии Свенсона ученики сидели тихо на протяжении всего урока. В любом классе, и у любого из педагогов. Вот почему учителя гимназии, не просто всеми силами старались затащить бывшего космодесантника каждый на свой урок, но и перехватывали его друг у друга. И даже ссорились по этому поводу… а однажды дело и вовсе до кулаков дошло…
– Какое же это взаимное посещение? – повторил Свенсон.
– Я посещу ваши уроки! – торопливо заверил Свенсона мистер Уинсон. – Обязательно посещу… и в самое ближайшее время! А сегодня приглашаю к себе!
– В какой класс? – с каким-то даже любопытством спросил Свенсон. – Не в десятый «А», случайно?
– В десятый! – тяжело вздохнув, подтвердил мистер Уинсон. – А что?
«Дадут они тебе сегодня жару! – невольно подумалось Свенсону. – И не слабого!»
Вслух же он произнёс совершенно иное.
– Прошу меня извинить, мистер Уинсон! – проговорил Свенсон почти торжественно. – С удовольствием принял бы ваше лестное предложение, но так получилось, что я с сегодняшнего дня уже не работаю в гимназии!
– Что? – только и смог проговорить потрясённый до самой глубины души мистер Уинсон. – Как это, не работаете?
– А вот так! Уволился!
– Ка-как это, уво… уволился? – от волнения мистер Уинсон даже заикаться начал. – А ка-как же мы? Мы без вас ка-как же?
– Раньше же как-то обходились!
И, покинув своего коллегу (вернее, бывшего своего коллегу) посреди коридора, Свенсон торопливо зашагал дальше.
– Мистер Свенсон! – послышался за его спиной звонкий девичий голос. – Мистер Свенсон!
Кто это ещё там?
Обернувшись, Свенсон увидел перед собой Лоран.
– Доброе утро, мистер Свенсон! – радостно проговорила она. – Я насчёт секции. Той, которая сегодня в семнадцать тридцать…
Некоторое время Свенсон лишь недоуменно смотрел на девушку, даже не воспринимая, о чём это она сейчас говорит. Секция какая-то…
Потом до него дошло.
– Ах да, секция! – проговорил он медленно. – Знаешь, Лоран, секции сегодня не будет. Так получилось…
– А завтра? – торопливо и даже с тревогой в голосе поинтересовалась Лоран. – Завтра секция будет?
– Завтра?
Некоторое время Свенсон молча смотрел на Лоран, и она тоже смотрела на него. И продолжалось это довольно-таки долго, потом Свенсон не выдержал и первым отвёл взгляд.
– Так как насчёт завтра?
– Не знаю! – сказал Свенсон (точнее, соврал, ибо прекрасно знал, что и завтра секции не будет… что её, вообще, не будет больше в гимназии № 5). – Прости, мне надо идти!
– Мистер Свенсон! – с отчаянием выкрикнула ему в спину Лоран. – Мистер Свенсон!
Но Свенсон даже не обернулся на этот её отчаянный зов.
Дома Свенсон первым же делом сбросил с себя всю одежду и сразу же полез под душ. И не просто под душ, а под контрастный душ, когда через каждые, считай, несколько минут резко изменяется температурный режим: от почти кипятка до почти льда. Не каждому нравится (тем более, не каждый выдержит) столь резкие перепады, но Свенсон любил долгое время находиться именно под таким душем. Тут ему лучше всего думалось…
А подумать Свенсону было о чём. И ещё как было!
О том, к примеру, что же ему делать дальше?
