Они уже пересекли городскую черту, судя по плану, когда вокруг стало становиться сырее и промозглей: сначала стены вокруг путников стали более влажными, даже рыхловатыми, а потом под ногами начало ощутимо хлюпать, вызывая у Мист самые отвратительные ассоциации со всеми исхоженными болотами. Однако, девушка терпеливо молчала, пока под ногами еще ощущалась более или менее твердая, утрамбованная почва. А потом за очередным поворотом Мист резко затормозила, едва не приведя к катастрофе местного масштаба: зазевавшийся Эррах ткнулся ей в спину, и Торрен едва не споткнулся об них обоих вместе. К счастью, Тор все ж таки успел поймать и себя, и своих покачнувшихся спутников, заглядывая вперед.
Тоннель был затоплен: потолок резко уходил вниз, и пол, видимо тоже, и почти вровень с тем местом, где они остановились, все было залито черной, неподвижной водой.
Мист, выпутавшись из рук-ног смущенного Эрраха и не слушая его сбивчивых извинений, присела на корточки у кромки и осторожно потрогала поверхность воды кончиками пальцев.
– Как говориться, вот уж жаба так жаба, – вздохнула она. – И лезть в эту жабину пасть мне как-то не хочется.
– Да тут, наверное, не глубоко, – оптимистично сказал Торрен, прикидывая высоту от потолка до потенциального пола.
– Это если не размыло пол и там нет провалов грунта, – педантично уточнил Эррах, просовывая голову тоже, чтобы посмотреть. – А это вполне вероятно, потому что текущая ситуация похожа на прорыв грунтовых вод.
– Как ты это тонко подметил. Текущая ситуация, – нервно хихикнула Мист, поднимаясь и отряхивая руки. – Хотя она, скорее, стоячая. И я в нее не полезу.
Торрен еще раз поглядел на уходящие в непроглядность пространства черной воды и сказал:
– Глядь, с мертвечиной лучше получится. А сюда полезем, если с мертвецами не сложится.
– Звучит не оптимистично, – заключила Мист, потирая запястье. От одной близости холодной воды руку заломило, противно напоминая об обжигающей руке Багрового мага. – Но будем надеяться. На мертвецов.
Торрен поморщился, но первым развернулся и пошел назад, громко чавкая сапогами по грязи в подземной тишине, следом за ним двинулись и остальные двое в обратном порядке, и Мист только один короткий взгляд бросила через плечо, успев увидеть, как по темной воде идет короткая дрожь, словно что-то двигается в ее глубине – идет и потом затухает. Девушка подозрительно прислушалась и ускорила шаг на всякий случай, подталкивая Эрраха в спину, чтобы шустрее перебирал ногами. По карте этот путь был вполне проходим – впрочем, как и первый тупик, и остальные три дороги отсюда.
Коридор, из которого, по словам Мист, пахло мертвечиной, по мнению Торрена, подозрительно принюхивавшегося, не пах ничем вовсе, кроме затхлости – и даже могильных плит там не встречалось. Зато тоннель был почти целиком закован в камень, и, спустившись немного вниз, сменил направление и стал полого подниматься сразу после того, как они миновали предположительное местоположение крепостной стены, и как-то очень внезапно кончился: приближающийся поворот оказался вовсе не поворотом, а тупиком.
– И где обещанный близкий выход? – рискнул спросить Торрен.
Мист, не глядя на него, подняла палец вверх. Тор, непроизвольно сразу задрав взгляд, увидел только низкий потолок, но тут же сообразил сделать шаг вперед, становясь рядом с подругой. Оттуда вид наверх был совсем другой: тоннель словно бы резко уходил вверх, позабыв о том, в какой плоскости ему полагается существовать.
– Сдается мне, это не выход.
– А что же?
– Сдается мне, это вход, – почесал нос парень. – А нам, как ты там говорила? Повезло не очень. Второй раз.
– Это вот кому как. Я вот хорошая девочка, жаб по утрам ем исправно, поэтому для меня это вполне себе выход, – оптимистично сказала Мист. – А кто жаб не ест, тот, видимо, будет другую дорогу искать.
– Э..– не понял Торрен. – Ты как собираешься вылезать?
– Я не собираюсь, – еще больше запутала друга Мист и обернулась к Эрраху. – Назначаю тебя самым ловким и легким, – сказала она ему. – Тор тебя сейчас подсадит, заберешься наверх: там не высоко. Я совершенно точно вижу там край пола и кусок веревки. Вот веревку там прицепишь и Торрену спустишь. Он взберется и потом вытянет меня.
– Ловко ты придумала, – хмыкнул Торрен. – Точно не перетрудишься.
– Я уже перетрудилась – дорогу искала, план придумывала…Рах! Чего ждешь? Брысь наверх!
– У меня, кажется, акрофобия, – деликатно сказал эльф.
– Хорошо хоть не никтофобия, – фыркнула Мист. – Лезь давай. Тор! У тебя там что, Рахофобия, что ли? Подсади его уже.
– Ракофобия, – пробормотал парень, опускаясь на корточки и помогая эльфу взгромоздиться себе на плечи. Потом он медленно поднялся, цепляясь руками за стеночку, и Эррах, трепеща ногами, попытался дотянуться до верха – безуспешно. Он даже рискнул подпрыгнуть, стоя на плечах Торрена, чуть не свалив их обоих, но дотянулся только до свисающего края веревки. Мист невозмутимо сделала шаг вглубь коридора.
