– Ага, а можно и копчики покрошить. Не выдумывай! – Я отпихнул его от себя. – Прыгай, Славка, не сомневайся. Считай, станешь нашей весточкой миру.
– Сержант так же примерно выразился. – Славка неловко улыбнулся. – Даже пожалел, что нет второго флага, поменьше. Мы бы его к спине прицепили или к ногам – красиво могло бы получиться.
– Это да… – Я представил себе Славку под крылом парашюта с развевающимся за спиной триколором. Картинка и впрямь нарисовалась симпатичной.
– Антох, ты помнишь того мужика?
– Какого еще мужика?
– Того, что гадал нам в детстве. Он еще сказал, что однажды «Боливар не выдержит двоих» и один из нас чем-то пожертвует ради другого.
Я промолчал. Конечно, того мужика я помнил, хотя про «Боливара» как-то не подумал. Но сейчас… То есть если «Боливар» – это в самом деле наш парашют, то предсказание выходило действительно крутым. Только вот больно уж пафосное предначертание – тут я был решительно не согласен.
– Никто ничем не жертвует, Славян! – буркнул я. – Все идет как идет – по правильным рельсам. Прыгать-то откуда будешь?
Славка зябко передернул плечами.
– С Пятачка, конечно. Там и повыше, и расстояние до стены терпимое. Главное – с ветром точно подгадать.
– Ну, это как раз несложно: флаг российский тебе в руки! – Я усмехнулся.
– Это верно, флаг направление покажет нужное… Но я про тебя хотел сказать. Про тебя и Алису… Давно уже собирался, да все случая подходящего не было…
Я смотрел исподлобья и видел, что Славка опять мнется.
– Короче, ты, Антох, молодчага. Нет, честно! Я вот пытался вообразить себя на твоем месте, ну или Лариску – на Алисином… – Он помотал головой. – До сих пор не знаю, как бы все обернулось. Это ж такая отвага нужна. Куда круче, чем какие-то там прыжки… Ты не перебивай, я правду говорю. Мне ведь раз плюнуть с кем-то там познакомиться или просто беседу поддержать, а с Алисой я каждый раз напрягаюсь.
– Ты? Напрягаешься? – Я недоверчиво прищурился.
– Ну да! Я и слова начинаю тщательно подбирать, и за мимикой своей слежу. Тут ведь кивком не отделаешься, руками себе не поможешь. И по всему выходит, что весь наш язык ориентирован на зрячих: «до свидания!», «посмотрим», «увидимся». Любую книгу раскрой – везде сплошные описания глаз да взглядов: «кинул взор», «зыркнул», «убежал глазами» – ну и так далее. Или как в передачах: «Внимание на экран!» Это ведь трудно, Антох! До жути трудно! А ты с ней нормально общаешься.
– А с ней и надо нормально общаться.
Мне стало смешно.
– Чего ты развеселился?
– Да вот удивляюсь: вроде умный ты парень – и поэт, и дипломат, и полиглот, а не понимаешь, что незрячие – они тоже нормальные люди, ничуть не глупее нас с тобой, в чем-то даже покруче. Потому что там, где нет зрения, приходит что-то другое. – Славка внимательно слушал. – Я, Слав, даже плюс один весомый обнаружил. Они ведь, получается, лучше нас защищены.
– В каком смысле?
– Да от экранов! У нас же сегодня все главные пакости от них исходят. Айфоны, компьютеры, телевидение… Считай, через них идет тотальная дебилизация – игралки, стрелялки, форумы, шоутреши и прочая чернуха. А они в этом плане действительно изолированы. Помнишь, майор в классе про сетевые угрозы рассказывал? Так им и это вроде как не страшно.
– Ну, тут ты как раз перегнул. – Славка нахмурился. – Варавайки – они в любом заборе лазейку найдут.
– Может, и так, но только ребята вроде Алисы абсолютно живые, а отношение к ним какое-то мерзлое. Одни за людей их не держат, другие, наоборот, умиляются, слезки без конца льют. А им ни того, ни другого не нужно, понимаешь! Им нужна обычная полноценная жизнь – с нормальными друзьями, с нормальной человеческой работой!
Последнюю фразу я почти выкрикнул. Славка глядел на меня во все глаза.
– Ну, ты разошелся, Антох! Здорово же тебя Алиска накрутила!
– Это не она, это я сам… Но накрутила – это точно. Я, Слав, за последнее время столько всего про эти вещи перечитал, что голова опухла. Иной раз даже такая мысль приходила: «Сколько их всего? Стоит ли вообще огород городить?» А потом понял: однозначно стоит. Это ведь тест. Для нас, для всех – тест. Потому что мы не животные! Начнем сбрасывать со скалы, как в какой-нибудь дремучей Спарте, снова в зверей превратимся. Хотя чего проще всех разом закопать – пенсионеров, младенцев, даунов, больных церебральным параличом, немых, слепых и так далее. И что в итоге останется?
– Цифрофашизм, – подсказал Славка.
– То-то и оно. Нормальный такой евгенический фашизмус. Который тупо станет избавляться от всего непривычного. Гений родился – к стенке. Чересчур медлительный? Туда же! И гиперактивных – в ров, вместе с безрукими и аутистами. А скажем, живет какой-нибудь вполне себе нормальный хряк – и зрячий, и по всем меркам здоровый, разве что без совести и сердца – вот с ним как быть? Он – что, получается, нормальный? Мы, Слав, уродство реальное отличать перестали. Да никогда, наверное, и не отличали. Потому и идет у нас все через пень-колоду…
