– Еще одно место, где нет туннелей. – Тролль вытер руки о кожаные штаны. – Но там было довольно много мертвецов, едва ли с ними можно приятно провести время.
Мириамель скорчила гримасу:
– Но я уверена, что Саймон вышел из-под земли где-то здесь. Значит, туннель должен находиться в одном из склепов.
Бинабик пожал плечами, на ходу надевая капюшон, и направился к группе вязов у южной стены кладбища, гнувшихся под напором ветра.
– Либо твои воспоминания ошибочны, либо туннель так хорошо спрятан, что я не могу его отыскать. Но я проверял все стены, приподнимал камни…
– Я уверена, что дело не в тебе, – сказала Мириамель.
Небо озарила вспышка молнии, и через несколько мгновений раздались раскаты грома. Внезапно Мириамель представила, как Саймон отчаянно борется с окружавшей его со всех сторон землей. Он ушел, исчез навсегда, несмотря на все смелые слова, которые произносили они с троллем. Мириамель ахнула и споткнулась, и по ее мокрым от дождя щекам побежали слезы. Она остановилась, рыдания стали такими сильными, что она уже ничего не видела.
Маленькая рука Бинабика сжала ее пальцы.
– Я здесь, с тобой, – сказал он.
Они долго стояли рядом под дождем. Наконец Мириамель успокоилась.
– Мне очень жаль, Бинабик, – сказала она. – Я не знаю, что делать. Мы потратили целый день на поиски, но ничего не нашли. – Она сглотнула и стерла воду с лица. Она не могла говорить о Саймоне. – Возможно, нам следует сдаться. Ты был прав: я даже подойти к воротам не смогу.
– Тогда давай для начала постараемся высушиться. – Тролль потянул ее за собой в сторону укрытия.
– А потом обсудим, что нам делать дальше, – сказала она.
– Мы уже обсуждали, Мириамель, – сказал Бинабик. Лошади испуганно заржали, когда снова прогремел гром. Кантака посмотрела на тучи, словно собиралась догнать его звуки. – Но, если ты захочешь, я вновь отправлюсь на поиски, когда дождь закончится, – возможно, безопаснее продолжить их ночью.
Мириамель содрогнулась от мысли о поисках среди могил после наступления темноты. Кроме того, копатели показали, что в склепах следует бояться не только призраков умерших, но и живых маленьких тварей.
– Я не хочу, чтобы ты этим занимался, – сказала Мириамель.
Он пожал плечами:
– Тогда чего ты хочешь?
Мириамель посмотрела на карту. Чернильные линии были почти неразличимы в темноте, небо затянули тучи, и сквозь них едва пробивался свет.
– Здесь есть еще линии, которые могут оказаться входящими туннелями. Вот эта.
Бинабик прищурился, изучая карту.
– Как мне кажется, эта линия выходит от скальной стены над Кинслагом. Ее будет очень трудно найти, так я думаю, и она находится практически под носом у твоего отца и его солдат.
Мириамель печально кивнула:
– Я думаю, ты прав. А как тебе эта?
Тролль задумался:
– Складывается впечатление, что она проходит по городу.
– По Эрчестеру? – Мириамель оглянулась назад, но ничего не сумела увидеть за высокой стеной кладбища. – Где именно?
– Да, вот здесь, видишь? – Он провел толстым пальцем по линии. – Если это небольшой лес, который называется Кинсвуд, а мы сейчас находимся вот здесь…
– Да. Практически центр города. – Мириамель немного помолчала, погрузившись в размышления. – Если бы мне удалось изменить внешность…
– А мне увеличить рост и перестать быть троллем? – мрачно спросил Бинабик.
Она покачала головой, чувствуя, как у нее появляется идея.
– Нет. Тебе не потребуется. Если мы возьмем одну лошадь и ты поедешь со мной, люди подумают, что ты ребенок.
– Я польщен, – проворчал тролль.
Мириамель немного нервно рассмеялась:
– Нет, у нас получится! Никто дважды не посмотрит в твою сторону, если ты поглубже надвинешь капюшон.
– А что мы сделаем с лошадью Саймона и Кантакой? – спросил Бинабик.
– Возьмем их с собой. – Мириамель не хотела сдаваться. – Кантаку могут принять за собаку.
Теперь – не слишком весело – пришел черед смеяться Бинабику:
– Одно дело – считать маленького тролля вроде меня ребенком, но, если ты не найдешь плащ еще и для Кантаки, никто не примет за собаку матерую волчицу из Белых пустошей.
Мириамель посмотрела на мохнатую шкуру Кантаки и печально кивнула:
– Я знаю. Просто я подумала…
Тролль улыбнулся.
– Но остальная часть твоей идеи очень неплоха. И я думаю, нам нужно кое-что сделать…
Они закончили свои дела в липовой роще на краю невспаханного поля, к западу от главной дороги, в нескольких фарлонгах от северных ворот Эрчестера.
– Что ты добавил в пчелиный воск, Бинабик? – нахмурившись, спросила Мириамель, пробуя его на язык. – У него отвратительный вкус!
– Ну, это вещество не стоит трогать и пробовать, – ответил он. – Иначе все развалится. Я добавил немного темной грязи для цвета.
– И теперь действительно кажется, что у меня не хватает зубов?
Бинабик склонил голову набок и оценивающе посмотрел на свою работу:
– Да. Теперь ты выглядишь очень грязной и совсем не похожа на принцессу.
Мириамель провела рукой по измазанным грязью волосам и осторожно погладила потемневшее лицо.
