– Вине – демон, обожающий колдунов и ведьм. Лизавьетт, совместно со своей правой рукой Ароной, хочет создать ассамблею из ведьм и колдунов со всех концов города и окрестностей, чтобы ублажить Бога Акул. А в качестве жертвы они избрали Элизу. Которая оказалась сильной колдуньей, правда, не подозревающей об этом. Её душу Арона пленила в иной план бытия – Коридор. И при помощи ингредиентов ведьминого круга подпитывала Вине энергией – своей и души Элизы, выстраивала связи с тотемом-акулой. Но Элиза нашла способ просачиваться в наш мир, пытаться предупредить человечество о том, что его ждёт. Её медиумом оказалась Синтия Грасс. Эта девушка – единственный источник связи с душой Элизы и единственный шанс на спасение. Спасение не только души Элизы, но и невинных людей, которые должны вот-вот погибнуть. Вине жаждет двойного ритуала, который будет проводиться в двух местах одновременно. Первое место мы знаем, оно лежит на поверхности. Это клуб Вуду-Лунге, строящийся бассейн. Как раз нужна большая ёмкость воды.
– Ёмкость воды? Но для чего? Они собираются топить там кого-то?
Рикардо отрицательно покачал головой:
– Они собираются перевезти туда живую большую белую акулу и переселить душу Элизы в неё. А акулу натравить на людей в бассейне. Колдовство очень сложное. Этот кровавый пир голодной зубастой хищницы пройдёт ровно в тот момент и в то время, как на втором месте Лизавьетт заставит присягнуть Вине десятки или даже сотни колдунов и ведьм. И Вине придёт, как Бог Акул, а Лизавьетт оседлает его. В буквальном смысле. В их брачную ночь.
Я поморщилась в отвращении. Кэпчук между тем задумчиво проговорил:
– Проблема в том, что мы не знаем, где будет второе место. Даже если мы помешаем пересадке души Элизы в акулу – а именно этим я намерен заняться сегодня ночью – вопрос остаётся открытым. Мы лишь разозлим Вине, и он повелит отложить церемонию до следующего раза. Лизавьетт мы таким образом не поймаем, она снова скроется и будет готовиться к очередному пришествию Вине. Его любимый день – ночь на первое августа. В истории секретных архивов известно уже несколько подобных инцидентов, когда поклонники Вине пытались его вызвать. Но каждый раз у них срывался этот ритуал. Сорвётся он и в этот раз – благодаря Синтии.
Информация обрушивалась на меня безжалостным селем и оползнем. Я не успевала соображать, что к чему. Но сама мысль о том, как ловко Грифон собрал все кусочки в единое целое и щёлкнул как орешек эту головоломку – вызывала восхищение!
Молчание продолжилось в течение нескольких минут, прежде чем я спохватилась. И выложила свои козыри:
– Рикардо, я, кажется, знаю, где будет второе место.
Реакция Рикардо просто-напросто обломала все мои ожидания! Тем, что её не было, этой реакции! Он всего лишь бесстрастно заявил, с умным и весьма самодовольным видом:
– Когда ты сюда пришла, я так и подумал. Поделишься?
Я с лёгким сарказмом поморщилась и ответила в его стиле:
– Ну конечно, мы же партнёры!
И выложила маленькую кассету из Уха-в-Ухо. С пояснением:
– Вчера ночью я была в борделе, и…
– В качестве клиента, я надеюсь?
– Э… не совсем, скорее, в качестве шпиона! – быстро поправила я. Кэпчук продолжал деланно возмущаться:
– Сначала стриптиз-клуб, теперь бордель, что будет следующее – оргия?! Аманда должна определённо знать о моральном разложении своих стажёров.
Во мне всё упало. Сейчас произойдёт то, что я боялась. Рикардо сбегает за Амандой, они вместе насядут на меня и потребуют доскональных объяснений. Но Рикардо объявил:
– Я пошутил. Я ничего не буду говорить Аманде. Продолжай, пожалуйста.
– Можешь и говорить. Но тогда мы больше не партнёры, – обиженно насупилась я.
– Ты не в том положении, чтобы ставить условия. Кассету ты мне уже дала, – Рикардо предусмотрительно её схватил и зажал в руке, – а значит, я могу тебя наказать за подвергание риску твоей жизни и отстранить от работы на неопределённый срок. А сам спокойно завершить расследование, с правом ничего тебе не рассказывать.
– Ну и пожалуйста! – я была готова встать и уйти. Что за игры он тут вздумал со мной играть?!
– Да не кипятись ты так, Клот. Я обзавидовался, знаешь ли. Стриптиз-клуб, бордель. Чтоб я так гулял!
У меня заново челюсть отвисла. Умел же мрачный и угрюмый Рикардо Кэпчук удивлять! Он оставался абсолютно с каменным лицом, но шутил же, отменно шутил! И как после этого на него злиться?! Оказывается, я слишком его плохо знаю. А вот он меня видел насквозь как облупленную. Словно мысли читал! Увидев, как на моё лицо, против моей воли, наползает широкая улыбка, Грифон снова вдарил в яблочко:
– Ты лазила вчера в притон "Шарки", я прав?
– Ты лев! – сострила я. – Там было заседание клуба Игуаны, а потом… там были салочки под названием "Беги, Сорвиголова, беги!!!".