Нормативы по физ подготовке были, кстати, весьма высокими. Ладно, привычные подтягивания и подъёмы переворотом, но тот же прыжок через длиннющего гимнастического коня или соскок махом с брусьев из положения сидя требовали серьёзной координации и ловкости. А самая засада заключалась в том, что каждый будущий командир отделения, не говоря уже про замкомвзвода, должен был на личном примере демонстрировать подчинённым, как выполняется то или иное упражнение. И Ромка, несмотря на спортивное прошлое, далеко не сразу смог выполнить все нормативы. А выполнив в конце концов, очень гордился собой и радовался, что не осрамится перед строем будущих подчинённых.
У прослушавшего курс политподготовки возникали смутные сомнения в оборонительном характере советской военной доктрины, но при этом рождалась непоколебимая уверенность в моральном превосходстве солдата-срочника Советской армии над профессиональными наёмниками армий НАТО. Сознание при этом раздваивалось — настолько разительно отличалось происходящее вокруг от вбиваемого в голову на занятиях. Но, вопреки законам евклидовой геометрии, окружающая реальность и её теоретическая версия, будучи параллельными, в конце концов пересекались в замутнённом сознании.
ЗОМП являлась пренеприятнейшей дисциплиной. И не только потому, что, слушая на протяжении всего занятия про последствия воздействия различных видов оружия массового поражения на человеческий организм, становилось не по себе. К концу занятия начинало казаться, что эти самые последствия уже проявляются на тебе самом; ударная волна, световое излучение, проникающая радиация, радиоактивное заражение, электромагнитный импульс… Они старательно конспектировали:
Как распорядиться этой информацией, было совершенно непонятно, но учить приходилось наизусть. Неудивительно, что после такой психологической подготовки совсем иначе воспринимался бородатый анекдот, что при ядер-ном взрыве необходимо автомат держать на вытянутых руках, дабы расплавленный металл, капая, не прожёг казённые сапоги… Помимо теоретической подготовки, ЗОМП предполагала надевание ОЗК на время. ОЗК- общевойсковой защитный комплект, включающий в себя плащ, сапоги, перчатки и, конечно, противогаз. Всё это было изготовлено из вонючей резины и изобиловало массой застёжек и фиксаторов, по-свойски называемых крокодильчиками. Время надевания по нормативу — три минуты. И это с защёлкиванием всех крокодильчиков! Нереально. Поначалу получалось пять-шесть минут. "Плащ — в рукава, чулки, перчатки надеть. Газы!" — раз за разом звучит команда, и раз за разом они натягивают на себя резину, уже мокрую внутри от пота. Даже медведя можно научить ездить на велосипеде, вот и некоторые курсанты со временем умудрились уложиться в норматив. И рядовой Романов в их числе. И опять был этому рад, и краем сознания уловил, что его уже не раздражает, как в первые дни и недели службы, тупость и бессмысленность происходящего. Он незаметно, но неуклонно становился органичным винтиком громоздко-неповоротливого и, на первый взгляд, иррационального механизма под названием Советская армия.
