Миссис Пэйдж уехала в Америку, и Роберт пребывал в довольно мрачном настроении, хотя посещал все благотворительные вечера, и уже говорили, что со временем он превратится во второго Андрэ де Фукьера 20. Это не нравилось госпоже де Неттанкур, она говорила, что Роберт никогда не будет профессиональным забавником.
Жорж всё чаще отлучался из дому, в покер стали играть меньше. То есть теперь садились за игру всегда очень поздно, после театра, а Жорж возвращался когда придётся. Он присоединялся к игрокам, целовал Диану в голое плечо и говорил, потирая руки: «Ну что ж, сыграем?» Потеснившись, для него освобождали место, и игра оживлялась. Кроме того, как-то понемножку вошло в привычку играть также в углу холла за небольшим флорентийским ломберным столом (госпожа де Неттанкур против всякой очевидности утверждала, что стол работы Бенвенуто Челлини. «Кристиана, побойся бога!»). Играли за этим столом то одни, то другие, но господина Блэна можно было застать тут всегда… Он совсем забросил покер ради бриджа, — тогда эта игра была новинкой. Играли по франку очко, что в результате выходило накладно. Обыграть господина Блэна было невозможно.
— Я раньше думал, — говорил он жене, которая не играла и которой очень не нравились новые привычки мужа, — что Брюнель торгует живым товаром. Ничего подобного: он просто прожигатель жизни, и всё тут. Нужно уметь признаваться в своих ошибках.
— Вы могли бы, не будучи несправедливым к мосье Брюнелю, реже торчать у его жены.
— Ах, вот где собака зарыта! Бедная пташечка!
Иногда, несмотря на то, что игра затягивалась далеко за полночь, Жорж не появлялся совсем. На следующий день он, как бы к слову, замечал, что на самом деле вернулся очень рано, потихоньку, с чёрного хода и отправился на боковую, никому не сказавшись. «И когда Диана пришла, я, чтобы испугать её, крикнул: „гау!“» Диана не очень смеялась и просила Жоржа не вдаваться в подробности.
Диана выбрала себе в подруги Маргариту де Сабран, жену капитана, только недавно вышедшую замуж. Маргарита была совсем глупенькая, но довольно хороша собой. Не слишком. Она только что рассталась с матерью, оставшейся на юге, и ей таких трудов стоило скрывать свой южный акцент, что она совсем не сплетничала. Диане с ней было спокойно. Они ходили вместе к Румпельмейеру, к Мирабо 21.
Жак де Сабран служил в генеральном штабе, но его могли в любой момент послать к чёрту на рога. Маргарита утверждала, что она не может жить без Парижа.
Иногда к ним присоединялся Виснер, и они ездили вместе в Булонский лес, в «Арменонвиль», на «Каскад» 22 или, смотря по сезону, и дальше — в «Голубой павильон» или к «Прекрасной велосипедистке». У Виснера был ослепительный «Мерседес». Это казалось странным, но он говорил, что так по крайней мере никто не может заподозрить его в том, что он за свою машину не заплатил.
— Такая машина, — объяснял Жак своей жене, — стоит тысяч сто франков. И говорят, что подарил ему машину кайзер. Я этому, кстати сказать, не верю. Но всё-таки я этого Виснера не люблю. Он социалист.
— Он очень милый, уверяю тебя, — протестовала Маргарита. — И к Диане он относится идеально.
— Н-да, говорят…
— Ну вот видишь, какой ты! И потом кто меня с Дианой познакомил? Ты же сам.
Никто не понимал, почему при их образе жизни у Брюнелей нет своей собственной машины. Они брали машину из гаража, и конечно, эти наёмные автомобили старомодны. Диана говорила, что они ей больше по вкусу, она терпеть не может быстрой езды. По правде сказать, она об этом забывала в машине Виснера.
Кроме того, их наёмной машиной главным образом пользовался Жорж. Случалось даже так, что в течение двух месяцев они совсем не брали машины. Начали болтать о том, что дела Брюнеля идут неважно. Тогда он нанял новую машину, роскошь которой выражалась главным образом в уйме порт-букетов 23, где всегда, независимо от времени года, стояли розы.
— Почему никогда не видно вашего молодого деверя? — заметила Диана Маргарите. — Он избегает нас?
— О, Пьер вращается исключительно в кругах полусвета, он невыносим! Жалко, он такой забавный!
— Неужели мы такие примерные, что пугаем его? Знаете что, пускай ваш муж злится, но если лейтенант де Сабран хочет, он может привести с собой весь «Пале-Рояль», меня это нисколько не смутит! Даже приятно будет после мосье Блэна!
— «Пале-Рояль» уже в прошлом. Он перешёл на «Опера-Комик».
— Господи, какая вы провинциалка. Какой же это демимонд? Это самый настоящий Сен-Жермен.
Но Пьер де Сабран всё-таки не появился на улице д’Оффемон. Диана как будто не обратила на это внимания, так как её окружало много новых людей. Маргарита облегчённо вздохнула, ибо Пьер сказал ей по поводу Дианы: «Уж если ты шлюха, то так и говори».
Ездили в машине Виснера к генералу Доршу; нагрянули к нему неожиданно. Генерал устроил для них парад гарнизона.
У Виснера были деньги в балканских предприятиях. Маргарита это не совсем понимала. Говорят, что там отвратительные дороги, разве там покупают много автомобилей? Да нет, это не имеет никакого отношения к автомобилям. Рудники в Сербии. И Виснер прибавил с гордостью:
