Алиса, аналогично моему напору, цепляется в мои волосы, только еще и раздирает лицо ногтями: «Шлюха! Я расскажу все Максиму, и тебя отсюда сегодня же выкинут! Шлюха! ШЛЮХА! Подстилка!»
Склоняю ее на пол и валю на него, отбиваясь свободной рукой куда попало.
Спустя какое-то время, когда я уже отчетливо чувствую кровь на своей губе и прохладную боль на лице, к нам подлетают Максим и Игорь.
— Эй-эй! Алиска, отпусти! — прикрикивает Максим, пытаясь разжать ее кулак.
Игорь бросается ко мне: «Ами! Вы че, идиотки? Ами, отпусти ее!»
Мы игнорируем их, уже избивая друг друга кулаками, но волосы не отпускаем.
— МАКСИМ, ОТПУСТИ МЕНЯ! Я ЕЕ УБЬЮ! — слышу истерический крик этой ненормальной.
— ОВЦА! Я ТЕБЯ САМА УБЬЮ! КОНЧЕНАЯ ТВАРЬ! — естественно, выкрикиваю я от злости.
Максим на меня орет: «ТЫ ЧЕ, ЕБЕНЬ! БЫСТРО ОТПУСТИ ЕЕ!» — и бьет по моим рукам.
Игорек на Максима гаркает, отмахивая его ладони: «ТЫ ЧЕ, ОХУЕЛ? ЗАКРОЙ СВОЙ РОТ И УБЕРИ ОТ НЕЕ СВОЮ НЕАДЕКВАТНУЮ ТЕЛКУ!»
Начинается еще одна перепалка, потому что я слышу недовольный выкрик Максима уже в сторону Игоря: «Убери ТЫ свою ШЛЮХУ от моей ЖЕНЫ!»
Спиной чувствую вздыбленную грудь своего защитника и понимаю, что внутри него сработал детонатор. Он отпускает меня и набрасывается на Абрамова.
Мы невольно попадаем под их более серьезную драку.
Алиса резко отпускает меня так же, как и я ее.
Бросаюсь под мужские кулаки: «Игорь! Прекрати! Игорь!»
— Ты че, сосунок, — выкрикивает он, борясь с Максимом, — вообще страх потерял? Забыл, кто из тебя человека сделал?
Абрамов не уступает ему и также хватает «соперника», пытаясь перебросить через себя, и продолжает бить куда-то под ребра.
— МАКСИМ! — кричит Алиса.
— ИГОРЬ! — пытаюсь успокоить своего бойца.
На наше счастье, секунды через две после наших криков в коридор влетают их парни и разнимают этих безудержных, перехватив под грудь, потому что мы с Алисой вообще не в силах даже притронуться к ним, поскольку в таком порыве они могут нас просто прикончить только одним разъяренным ударом.
— Абрам! Гора! Вы че? — прикрикивает Сергей. — Успокоились! Вы че тут устроили?
Игорь отталкивает его, пытаясь выбраться из цепких рук: «Отпусти меня! Пидарас малолетний! Шлюха? Это моя Ами — шлюха? Не твоя ли Алиса развела тебя, что ты аж Аньку бросил и чуть в тюрягу не засел?»
Максим ему орет в ответ: «ЛУЧШЕ ЗАКРОЙ РОТ, ПОКА Я НЕ НАЧАЛ ГОВОРИТЬ, КТО И КУДА ТЕБЯ ЧУТЬ НЕ УПЕК!»
Не упускаю шанса успокоить Игоря, встав перед ним и обняв: «Пожалуйста, хватит! Пойдем на улицу?»
Он осматривает меня, забыв о драке: «У тебя кровь… — проводит пальцем по моей губе, убирая ее и слизывая со своего пальца. — Это кровь, Ами. Пошли, я обработаю ранку.»
Максима уводят в кабинет.
Мы уходим в другой кабинет, где базируются остальные парни.
Дыхание успокоить не могу. Голова жутко болит от вырванных волос. Все лицо шипит после ногтей Алисы.
«Ничего себе у меня денек начался…»
Беру аптечку. Достаю оттуда вату и перекись. Пропитываю диск, присаживаясь рядом с Игорем на диван. Обрабатываю его рану на бровке.
Он внимательно наблюдает за мной и улыбается.
Отвечаю ему взаимностью, ухмыляясь: «Че ты лыбишься?»
— А ты у меня прям амазонка. С тобой можно на дела ходить. Хватка хорошая. Нормально ты Алису уложила.
Усмехаюсь, в поиске новых ран на его лице: «Я не амазонка. Просто она назвала меня шлюхой. Вот я и разозлилась…»
— Правильно сделала, — насмехается он и тянется к моим губам. — Надо было за эти слова еще и нос ей сломать, который она вечно везде сует!
Немного отворачиваю голову, не дав прикоснуться ему к себе: «У меня кровь…»
Игоря это не останавливает. Он сжимает мой подбородок пальцами, поворачивая к себе, и целует, засасывая сочившуюся рану.
Меня немного смешит его жест: «Ты что, людоед? Тебе нравится человеческая кровь?»
Игорек подмигивает мне: «Только твоя…»
Отворачиваюсь, слегка притрагиваясь к своим губам.
Мы очень далеко зашли. Мне даже страшно подумать, что он сделает со мной, когда я исчезну… А что он сделает, когда увидит на суде в качестве истца?.. Вены мне, наверно, изрежет и точно всю кровь выпьет…
«Я настолько ненавижу его, что обожаю…»
«Мамочки, что я творю?»
Отстраняюсь от него, желая встать, но он не дает этого сделать, хватая за руку, и шепчет, будто прочитав мысли: «Ами. Я убью за тебя. Не подведи меня. Ты очень дорога мне. Не предавай меня, прошу. Никогда не предавай».
Слегка сбиваю першение, отворачиваясь.
Он сильнее к себе тянет, настаивая: «Ами, никогда!»
Обманчиво киваю, закусывая больную рану: «Хорошо…»
Три месяца до пролога.
Сентябрь.
Игорь.
Отправляю Амели в комнату горничных и ухожу к Максиму в кабинет.
Не стуча в дверь, захожу к нему, усаживаясь на диван.
Смотрю на Алису, которая до сих пор тут торчит, и строго ей говорю: «Выйди, нам надо поговорить».
Она на него смотрит. Макс кивает и отправляет взглядом свою женушку за дверь.
Вижу пачку сигарет на столике. Хватаю ее.
— Зажигалку дай.
Он усмехается: «Может, мне тебе еще подкурить?»