— Да нихуя, — говорю и решаю не говорить им правду про догадку о Кате, — «Сверток вылетел где-то, и я сам в ритуалку сел, чтобы привезти тебе эти, ебаные, координаты.»
Вал томно вздохнул, окинув Макса грозным взглядом, — «Я тебе говорил, что это опасно!»
Макс губы досадно сжал, — «Я же не думал, что он лист проебет!»
— Ладно! — заключает Вал и оглядывает нас, — «Короче. На нас вышли какие-то люди. Кто это и откуда — не имею понятия…»
Я брови свел, — «Погоди, а Дима…»
Вал на Макса вновь яро взглянул.
— Что, блять!? — рычит он, отлипнув от своего ногтя во рту, — «Мне же надо было, чтобы он поверил!»
— То есть… — кривлю лицом и прям разорвать его хочу, — «…с Димой все пиздеж?»
— Да…
Глубоко вздыхаю, прикрыв глаза, — «Ой, сука-а-а-а…»
— Принял… — говорю, не так уж и принимая все эти обстоятельства
— Так вот, — продолжает старик, — «Первые попытки взять нас уже были. Макс, Игорь и парни четко отстояли границы, но они не останавливаются. На севере такая же канитель. На юге тоже. Они окружили нас. Сейчас, по моим расчетам, сюда выдвигается еще одна делегация, которую мы должны убрать. Какова вероятность, что они снова приедут, мне неизвестно, но мне шепнули, что сегодня они полностью зарядились. Пока работаем с тем, что есть, и ждем их тут. Если кто-то даст деру, восприму как предательство. Работаем вместе и слаженно.»
Глядя на молодняк, у меня появился вопрос, — «А малые?»
Вал недовольно вздыхает, — «Они в деле…»
— У них нет опыта.
Он тон повышает, — «Тогда закрываем их своими спинами! Что за вопросы?»
Усмехаюсь, — «Да нече. Просто интерес.»
— Надеюсь, я успокоил твой интерес?
— Вполне.
— Слушаем дальше, — говорит он и на меня смотрит, — «МАЛЫЕ…», — после других оглядывает, — «…будут на втором этаже. Внимательно наблюдаем за ними. Те, кто по опытнее, работают на первом.», — нас с Максом оглядывает, — «У вас основные рации. Вы координаторы. Максим — первый этаж. Игорь — второй. У остальных наушник.»
Оба киваем, соглашаясь, — «Принято.»
— Все друг другу доверяют?
Оглядываю окружающих. Они также по сторонам смотрят и кивают.
— Значит, делю всех пропорционально. Задача — разъебать этих пидарасов в тартарары. И понести минимальные потери. Все до боли просто и понятно.
После разговора ухожу в машину. Тяну оттуда все, что привез, и распределяю между мной, Максом, Егором и Пашкой.
За последнего несу ответственность головой, потому отдаю ему свой бронник. На себя натягиваю жилет попроще.
Расходимся по местам. Затаиваемся.
Спустя часа три, когда на улице уже стемнело, за окнами послышались голоса.
Смотрю на Пашку, и меня прям разрывает. Понимаю, что и вперед надо идти, поскольку старшей на этаж, и с ним надо остаться, чтобы не упустить из поля зрения. У Максима такая же двойная задача. Егора он забрал себе.
Окна начинают поочередно биться от выпущенных в них камней.
Усмехаюсь, — «Малолетки…»
Ярые и упрямые выстрелы окутывают весь первый этаж.
Поворачиваюсь к Пашке, но он огурцом. В автомат вжимается и выжидает приказов.
К нам на второй этаж летит огненная самоделка. Взрывается при соприкосновении с полом, и я вижу, как начинает гореть часть перил вместе с деревянной поверхностью пола.
— Выдвигается, — говорю в рацию, и когда практически все парни оказываются около меня, мы встречаем названных гостей контрастом из огня и пороха
В дом летит еще штук пять самоделок. Они взрываются, и на первом этаже начинается пожар.
Смотрю вниз и вижу, что Макс сосредоточен. Делает все правильно и подается назад, продолжая выпускать в них охапку равнины и пару шашек.
Командую всем перезарядить по очереди оружие и подаюсь назад, чтобы проверить Пашу.
Он уверенно перезаряжает автомат и кивает.
Меняемся с ним местами. Присаживаюсь и также обновляю магазин.
Поднимаю глаза и вижу, что в Пашку и в остальных парней направлены дула нескольких уродов.
— НАЗАД! — кричу и вижу, что только Паша оглушенно остается на месте
Подрываюсь к нему. Бросаюсь перед ним, и мне, кажется, в ребро прилетает горячая пуля, которая подкашивает мое дыхание.
Крепко сжимаю кости. Параллельно заканчиваю с автоматом и от злости подаюсь вперед.
Паша, увидев, что я пошел ближе к перилам, подлетает ко мне, встав рядом.
Сильней жму на ребра. Второй рукой палю уже без разбора.
Малой не отстает. Оскаливается, впереди меня встает и озаряет дом яркими очередями в бегающие тела снизу.
Летит последняя шашка, но не долетает даже до подоконника и падает на улице. Там же и взрывается.
По моим расчетам, если все стало так туго, то больше никого нет.
Смотрю вниз и сосчитать не могу количество жмуров, оглядывая их сквозь дым.
Дышать становится еще тяжелей из-за едкого дыма и боли в области ребра.
Внизу лежат все в экипировке, в отличие от нас. Мы, блять, кто в чем: рубашки, футболки, свитера. Только одно нас объединяет. Четко слизанные с образов дедов и отцов черные кожанки.
«Ох уж эти традиции…»
Заканчиваем с последними. Огонь все больше. Сирена на весь дом.
Минуту ждем и оба в рацию орем, — «ВЫХОДИМ!»