Я строго говорю: — Не стоит придавать значение этому упоминанию о медовом месяце.
— Ты уже планируешь нашу свадьбу, не так ли?
Застонав, я откидываю голову на спинку сиденья и закрываю глаза.
— Так и есть. Ты уже выбрала платье и все остальное.
— Нет, не выбрала. Хватит злорадствовать.
— Теперь я вижу это. Вырез в форме сердца, зауженная талия и множество жемчужин, вышитых вручную и покрывающих лиф…
— Меня поражает, что ты так много знаешь о свадебных платьях.
— Длинная кружевная фата, украшенная кристаллами, и прекрасный маленький букетик ландышей.
— Серьезно? Ты раньше работал у дизайнера одежды?
— …и великолепный длинный шлейф, который развевается у тебя за спиной, как русалочий хвост, когда ты идешь. В белом ты будешь выглядеть как видение. Принцесса-невеста. Совершенство.
Я смеюсь.
— Да, только на мне не было бы белого. Однако, неплохая иллюзия. Очень продуманная.
Нахмурив брови, Картер бросает на меня взгляд.
— Почему бы тебе не надеть белое?
— Потому что я уже была замужем.
— Какое это имеет отношение к делу?
— Белое свадебное платье – символ невинности и чистоты. Разведенные обычно надевают другой цвет, например кремовый или темно-синий, если они вступают в повторный брак. Считается дурным тоном надевать чисто белое на вторую свадьбу.
Гримаса отвращения, которую он изображает, забавна.
— Это самое глупое дерьмо, которое я когда-либо слышал!
— Эй, не вини меня. Не я устанавливаю правила.
— Ты
Я усмехаюсь.
— Кажется, у тебя определенно сильные чувства по этому поводу. Но мы не собираемся жениться.
Картер игнорирует меня, продолжая свою тираду.
— Мне все равно, что кто-то думает о хорошем вкусе. Это моя гребаная свадьба, и моя невеста одета в белое, потому что белое символизирует надежду и новые начинания. Что символизирует кремовый цвет? Вот что я тебе скажу: пятно.
— Может быть, твоя невеста не захочет надевать белое, ты когда-нибудь думал об этом? Чистый белый цвет не очень идет большинству людей.
Он останавливается, чтобы подумать об этом.
— На тебе был белый костюм в том интервью, которое ты давала журналу
— Спасибо. Но у меня оливковый оттенок кожи. Бледные женщины могут выглядеть так, будто они отходят после продолжительной болезни, если наденут белое платье.
— Ты хочешь, чтобы твоя невеста выглядела так?
— Конечно, нет. Но мы говорим о тебе, так что нам не о чем беспокоиться.
Картер долго и безудержно смеется над моим убийственным выражением лица.
— Смейся, забавный мальчик, потому что, возможно, это твоя последняя ночь на земле.
— Нет, я тебе слишком нравлюсь, чтобы ты могла меня убить.
— Хм. Давай посмотрим, как пройдет ужин, и я тебе отвечу.
Он снова целует тыльную сторону моей ладони и не отпускает, пока мы не заезжаем на парковку у ресторана.
Не зря Nobu Malibu регулярно признают самым красивым рестораном в мире.
Вид на воду и береговую линию, открывающийся с песчаного берега прямо на краю мерцающего Тихого океана, просто потрясающий. Нас провожает к отдельному столику на балконе с видом на воду молодая девушка в откровенном наряде, которая ведет себя так, будто ресторан принадлежит Картеру, а не почитаемому японскому шеф-повару Нобу Мацухисе.
— Так приятно видеть вас снова, мистер МакКорд, — мурлычет она, предлагая ему меню и наклоняясь так, что из-за низкого выреза ее шелкового платья без рукавов становится видна загорелая ложбинка между грудей.
Ей на вид не больше девятнадцати.
Я смутно припоминаю, когда моя кожа в последний раз так сияла, была загорелой и наполненной коллагеном. Я хочу посоветовать ей пользоваться солнцезащитным кремом, иначе весь этот прекрасный коллаген через несколько лет превратится в прах, но прикусываю язык и вместо этого улыбаюсь.
Однажды став матерью, ты остаешься матерью навсегда. Даже для детей, которых ты не рожала.
Даже не взглянув в ее сторону, Картер вежливо благодарит ее и заказывает шампанское. Бросив на него задумчивый взгляд и натянуто улыбнувшись мне, она ускользает, оставляя за собой аромат Chanel No. 5 и разочарование.
— У тебя есть поклонница, — замечаю я, расстилая белую льняную салфетку у себя на коленях. — Часто сюда приходишь?
— Пару раз в месяц, наверное. Еда потрясающая.
— Как и вид из окна.
Картер знает, что я говорю не об океане. Самодовольно улыбаясь, он наклоняет голову и откидывается на спинку стула.
— Ты ревнуешь?
— К девочке-хостес? Нет. Но вот цвет ее лица – это совсем другая история.
— Он приятный? Я не заметил.
— Как предусмотрительно с твоей стороны.
— Я знаю, ты думаешь, что у меня нет манер, но на самом деле они у меня есть. Смотри, я даже знаю, какой вилкой есть первой.
Он берет вилку, лежащую рядом со своей тарелкой, и машет ею передо мной.
— Очень впечатляюще. Было бы более впечатляюще, если бы на нашем столе было больше одной вилки.
— Боже, какая ты суровая. Сейчас ты скажешь мне какую-нибудь глупость, например, что мы не поженимся.
