Я кричала, а никто не слышал. Захлопывала ставни, а они винили ветер. Кричала так, что разбивались стекла, а они молились Богу.
Их телефоны разрывались от звуков. Я просила найти меня. Просила простить меня.
Я не знала, где я.
Потерялась. Я совсем потерялась.
Вы видели призрака? Это я. Бледная, убитая, забытая.
Я проскальзывала мимо зеркал вместе с вами.
Я засыпала рядом с вами, когда вы выключали свет.
Переставляла вещи.
Открывала двери.
Выла в подвалах.
Я царапала стены поломанными ногтями и дышала вам в ухо.
Вы всегда чувствовали мое присутствие рядом, потому что я умела срастаться вместе с вами костями и духом. Мне нужно было чувствовать контроль, и я использовала ваше тело, заставляя делать вещи, которые вы бы никогда не сделали.
Мысли путались, но я не могла себя контролировать. Мне нужны были лишь секунды, чтобы сойти с ума и годы, чтобы вспомнить, кто я на самом деле.
Больше не хотела помнить.
Зачем мне были нужны бесполезные воспоминания?
Но однажды все изменилось. Словно по щелчку пальцев.
Я блуждала по дому, стараясь найти себе занятие, хотя в лучшие секунды своего времени я не могла сдвинуть с места даже пылинку. Она, словно смеясь надо мной, продолжала лежать на своем месте, пока я не выйду из себя, вбирая в себя весь гнев, что таится в больших домах.
Я находила это забавным.
Вот девушка. Длинные темные волосы, острый нос и тонкие губы. Она всегда пила чай у себя в комнате, не закрывала дверь ванной и так неосторожно выключала свет на ночь.
Она ненавидела ложь, но часто врала своему отцу.
Не терпела наглости, но часто переходила границы дозволенного.
Я ходила за ней попятам по всему дому.
Заставляла дышать запахом гари.
Забиваясь в угол, я заставляла переживать ее вместе со мной дикий ужас. Она слышала мой вой каждую ночь.
Она просыпалась от ужаса, а я хватала ее за руку, умоляя найти меня. Лишь раз мне это все-таки удалось.
Лишь раз, но я ухватилась за него.
Крики стали громче.
Сила моя росла.
Двери хлопались.
Телефоны звонили все разом.
Найдите меня.
Найдите меня.
Найдите меня.
Дом пуст.
В нем никого.
Лишь мы.
Лишь мы.
Призраки, что следуют за мной попятам. Они со мной всегда.
Окружают меня в темные минуты злости.
Воют громче меня.
Обвиняют в смерти и поджигают мне платье.
Гори в аду. Они кричат мне: «гори в аду».
За то, что я сделала с ними.
…
Я проснулась после долго сна. Смотрела на него и пыталась понять, что же в нем такого восхитительного, что я не могла отвести взгляд.
Он зашел в мое убежище неуверенно. Маленькими шагами пересек галерею, чтобы скинуть с холста ткань. На картине женщина. Она красивее, чем я.
Она живая.
Счастливая.
Любимая.
Я стояла позади него, вглядываясь в портрет. Дышала ему в спину запахом гари и старалась вспомнить.
Где я его видела?
Где могла наткнуться на эти восхитительные зеленые глаза?
Но это не все. Нет, не все.
Я так хотела попросить у него прощения.
Дом начал гореть.
Дом был охвачен пламенем.
Балки падали вниз, все двери были перекрыты.
И я бежала, бежала куда-то прочь от него.
Но я просила прощения.
Я напряглась, впитывая гнев. Его так много в этом маленьком доме. Словно он принес его с собой. Гнев и… боль. Так много чувств в одном теле.
Дом все пылал.
Тело болело.
Легкие разрывались и превращались в пепел.
Его телефон начал звонить. Он взял трубку.
Но так было сложно прорваться.
Дайте мне сил!
В этом доме лишь мы.
Лишь мы.
Пожалуйста.
- Прости.
Он уронил телефон. Тот упал с громким треском, но все же уцелел.
На дисплее высветилось имя. Чье имя? «Гвендолин Шеферд».
Я ли это?
Или это лишь видимость?
Он развернулся и попытался уйти, но я-то быстрее.
Всегда быстрее.
Дверь захлопнулась прямо перед его носом.
От гнева она чуть не слетела с петель.
Он знал, кто я?
Найди меня!
Зеркало – друг мой. Не живое, как я, но все же здесь, со мной.
Зеленоглазый поднял глаза, а я уже там.
Бледная, мертвая, забытая.
Наши взгляды встретились, и я не выдержала напора.
Осколки летят на него вместе с моим криком.
И вот я одна. Снова одна.
В этом доме нет ни души.
Лишь мы.
Лишь мы.
Мертвые.
Ждущие.
Смотрящие.
Как жизнь утекала у нас из-под пальцев.
В никуда. В чертово никуда.
И вы убегали так же.
Нам нет спасения.
Никогда.
Никогда.
Иллюстрация: http://radikall.com/images/2014/04/09/TKnrG.png
========== Ты позволил мне уйти. Гидеон ==========
– Не трогай меня! Не спрашивай ничего! Не говори ничего! Останься со мной!
– Разве я тебя когда-нибудь покидал?
– Ты позволил мне уйти.
(«В ожидании Годо», С. Беккет)
Мы были в туалете придорожного кафе у бензоколонки, где Джулия щипчиками для бровей, найденными в своей сумке, словно пинцетом, вытаскивала зеркальные осколки из моего лица, промакивая порезы влажными салфетками и антисептиком для рук, отчего ранки щипало неимоверно.
- Спасибо, - в который раз пробормотал я Джулии.
- Успокойся, хочу напомнить, что я собираюсь стать хирургом, как и ты.
Это невольно вызвало у меня улыбку, отчего, из-за движения лицевых мышц, порезы заболели еще больше. Я непроизвольно зашипел, втягивая воздух сквозь зубы от боли.
