- На пятый день, я увидела ее. Она была возле портрета и смотрела на меня. Я испугалась и убежала. А потом все повторялось… - Джулия начала плакать, всхлипывая и судорожно сжимая кулак. – Она преследует меня в доме. Ее никто не видел кроме меня. Мажордом думал, что я сошла с ума, когда я проснулась утром и увидела ее стоящую надо мной. Я закричала, она схватила меня за руку, но на мой крик прибежал Роберт. Она исчезла, как только он появился в комнате. Я помню, что так кричала, что он даже вызвал полицию, посчитав, что в дом кто-то проник. Она оставила мне это на память, - Джулия одернула рукав и показала четкий лиловый синяк чьего-то захвата на кисти. – После этого я стала ночевать в гостиницах. Отец не слушает меня. Он не понимает. Мажордом тоже уволился, не объяснив причины. И отец заставляет меня ночевать одну в этом огромном доме…
Я потянулся через стол и накрыл своей ладонью ее судорожно сжавшийся кулак, отметив какие у нее холодные руки, хотя в помещении было очень тепло, даже жарко.
- Я попросила его продать портрет. И, он согласился, сказав, что у нас денежные проблемы. А «Дама в Бордо» поможет нам вылезти из долговой ямы. Я обрадовалась! Честно! Я рада. Но портрет заберут не раньше чем, через неделю. Мне еще неделю жить с этим.
Она тихо заплакала. Я еще больше наклонился к ней через стол, ласково держа ее руки в своих.
- Успокойся. Джулия, не плачь. Если хочешь, поживи неделю у меня, – в этот момент я понял, что не могу просто взять и отпустить девушку туда снова, в этот дом, где творится такая чертовщина. - Я не пущу тебя туда.
Наверное, что-то прозвучало в моем голосе, отчего Джулия подняла на меня глаза. На ее лице была какая-то смесь чувств, которые я никак не мог расшифровать. Даже показалось, что она забыла, как дышать. Через непродолжительную паузу она продолжила, в ее голосе теперь сквозила сталь.
- Я хочу тебе еще кое-что сказать. Де Виллер, с тех пор, как появился портрет, меня начали мучить кошмары и приступы удушья. Снится, что горю в огне и умираю, задыхаясь. А иногда… мне снишься ты, - она нерешительно взглянула на меня, пытаясь понять какой эффект произвело на меня ее признание. – Ты странно одет. Знаешь, как актеры в исторических фильмах? Вокруг пожар, ты стоишь возле меня с ним, и стреляешь в грудь… Я падаю и умираю.
Я почувствовал как у меня засосало под ложечкой, отголосок того животного страха, которого я вдоволь нахлебался в галерее. Весь ее рассказ о ночных кошмарах напоминал другой кошмар, который произошел со мной в 18 веке, но уже в реальности. Судорожно сглотнув, я попросил уточнения.
- С ним?
- Да. С графом Бенфордом Вторым.
- С Бенфордом? – испуганно прошелестел я в ответ, чувствуя, как пробирает озноб. Откуда она знает его имя? Джулии же там не было!
- Да, был один тип… - она махнула рукой, как будто это неважно, смущенно отводя глаза от моего лица. – Просто портрет «Дамы в бордо» не случайно у нас в доме.
- Поясни, не понимаю…
- Ну… Я происхожу из старинного рода. Так вот, был у нас один предок по прямой линии – граф Бенедикт Бенфорд. Он является каким-то мне много раз прадедушкой. Но не важно. В общем, он был женат на этой Даме в Бордо, которую нарисовал Гейнсборо. Он заказал двойной портрет: себя и жены. Его портрет передавался вместе с остальными по наследству, картина до сих пор висит у нас в доме, а вот его первой жены - исчез куда-то. До сегодняшнего момента.
На меня словно ведро холодной воды вылили. Я сидел в полном оцепенении, пытаясь отойти от шока. Не зря говорят, что пути Господни неисповедимы. Вот уж не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Джулия, оказывается, является потомком Бенедикта - того самого заносчивого Бенедикта, который женился на моей Гвендолин, того самого Бенедикта, который заставил ее сомневаться в возвращении домой, влюбив ее в себя. Того самого Бенедикта, который являлся моим мучителем и собратом.
- Вообще-то, не дело принципа было иметь портрет Шарлотты Бенфорд . Ведь она не является моим предком, вроде как не долго пробыла в браке с графом. Но ведь это тот самый знаменитый портрет, который изменил судьбу Гейнсборо, который пропал куда-то. – Джулия продолжала, как ни в чем не бывало, не замечая моего ошалевшего вида. – Вот мой отец и загорелся его оставить себе, когда случайно нашел его в Германии. Представляешь, как судьба забавно распорядилась? Потомок Бенфорда находит знаменитый потрет его первой жены. В начале, с появлением картины, все было хорошо, это вот в последние две недели началось такое…
Если бы мой мозг умел издавать звуки, то сейчас прозвучал бы взрыв.
После моего ада в поместье Манор Хаос, где разыгралась резня, в которой убили ту, чья жизнь стала центром моей вселенной, по возвращении в 21 век я все еще слышал отголоски тех событий: реальная Гвендолин сейчас в коме, Джулия боится портрета и призрака Гвен, а еще она является потомком Бенфорда. Все вроде связано, но никак не складывается в голове в одну конструкцию, в один механизм…
