- Два условия, парень. Если ты вступаешь в «Мау-Маус», то это навсегда. Никому еще не удавалось выйти из банды. И второе: если тебя схватят копы, и ты попадешь в тюрьму, мы найдем тебя. Или в тюрьме, или когда ты отсидишь. Но мы найдем обязательно.
- Ну как, бэби, ты все еще хочешь вступить в банду? -спросил Израэль с легкой усмешкой на красивом лице.
- Дайте мне три дня, - сказал я. - Если я вступлю в банду, я вступлю навсегда.
- О-кэй, бэби, - сказал Карлос. - Даем тебе три дня, чтобы подумать. По истечение срока приходи сюда и скажи мне. что ты надумал.
Он сидел в прежней позе, ноги вытянуты, левая рука - под юбкой девчонки, которую он снова притянул к себе.
- Да, я забыл предупредить тебя, Никки, - продолжал он. - Если ты кому-нибудь скажешь про нас, мы... убьем тебя раньше, чем ты успеешь исчезнуть. Ты понял?
- Понял.
Я знал, что так оно и будет.
Выходя, я встретил Тико.
- Как ты думаешь, Тико, мне нужно вступить в банду?
- У тебя нет выбора, парень. Если ты вступишь, они будут защищать тебя. Если нет, скорее всего они убьют тебя за то, что не вступил. Кроме того, чтобы выжить здесь, тебе все равно придется присоединиться к какой-нибудь банде.
- А что за человек Карлос? - спросил я.
- С ним все о-кей. Он никогда много не говорит, но его все слушаются. Он достает наркотики, и все это знают.
- А правда, что он сам выбирает себе девушек - какую захочет?
- Да, у нас в банде 75 девчонок, и он каждый день имеет новую, если захочет. Но им это нравится. Это большая честь -пойти с главарем. Они даже дерутся за это. Но это еще не все. Банда заботится о своем главаре. Он всегда первый берет свою долю краденого. Обычно не много, чтобы хватило на жилье, еду и одежду.
- Послушай, Тико. если ты хорошо владеешь ножом, почему бы тебе самому не стать главарем?
- Это не для меня, старик. Главарь не должен вступать в драки, он должен планировать все дела. А я люблю драться и не хочу быть главарем.
Этого же хотел и я - драться! Я вернулся в свой номер. Кровь бурлила у меня в жилах, когда я представлял свое будущее. Развлечения, девочки. Но главное - драки. Больше мне не придется выкручиваться одному. И я смогу убивать столько, сколько захочу. Мое сердце начало биться сильнее при мысли об убийстве. Я почти уже видел кровь, текущую сквозь мои пальцы и капающую на тротуар. Когда шел по улице, я делал выпады рукой, воображая, как вонзаю нож в тело врага. Я сказал только что Карлосу, что буду думать три дня. Но выбор уже сделан. Все, что мне нужно сейчас, - это клинок и пистолет.
Спустя два дня я снова был там, где собиралась банда. Карлос встретил меня в дверях.
- Привет, Никки, как раз вовремя. Тут еще один человек желает вступить. Хочешь посмотреть обряд посвящения?
Я терялся в догадках, представляя себе обряд посвящения, но согласился.
- А, может быть, ты пришел сказать мне «нет»? - продолжал Карлос.
- Я пришел сказать: согласен. Я хочу драться. Думаю, я достаточно крутой парень, и наверняка лучше многих в драке.
- Хорошо, - сказал Карлос. - Ты можешь посмотреть обряд, а затем будет твоя очередь. Мы проверяем на смелость двумя способами: или ты выстоишь один против пятерых самых сильных парней, или, не моргнув глазом будешь стоять у стены, ожидая ножа. Этот парень говорит, что он смел. Сейчас посмотрим, какой он смельчак.
Посвящаемый оказался тринадцатилетним пареньком с прыщавым лицом и длинным черным чубом, спадающим на глаза. Он был маленьким и тощим, руки неловко болтались; на нем была мятая рубашка с длинными рукавами. Мне показалось, что где-то я видел этого прыщавого парня. Здесь же стояли около 40 девушек и парней, ожидающих зрелища. Карлос приказал очистить пространство, и все расположилась вдоль стен. Паренек встал спиной к стене, а Карлос расположился напротив с кинжалом в руке. Лезвие поблескивало в слабом свете.
- Я отойду на двадцать шагов к противоположной стене, - объяснял Карлос. - Ты стой там, где стоишь. Как только я отсчитаю двадцатый шаг, я обернусь и кину нож. Ты говоришь, что не трус. Это мы сейчас и проверим. Если ты увернешься или пригнешься, даже в случае, если я раню тебя, - ты трус. Если же нет, - ты принят в «Мау-Маус».
Парень кивнул.
- А теперь еще, - продолжал Карлос, не отводя ножа от лица парня. - Если ты струсишь, пока я буду отсчитывать шаги, - тебе ничего не останется, как сделать ноги, и никогда не совать носа сюда. Если сунешь, мы отрежем твои красивые уши и заставим тебя съесть их.
Зрители заржали и захлопали в ладоши.
- Валяй, Карлос, так его!
Карлос повернулся к парню спиной и начал отсчитывать шаги, держа нож в согнутой руке перед своим лицом.
Толпа возбужденно гудела:
- Ударь его, Карлос! Пусти ему кровь!
Юнец подпирал стену и был похож на мышь, пойманную тигром: руки были сжаты в крошечные кулаки, а скулы побелели под кожей от напряжения. В лице ни кровинки, а глаза широко открыты от страха.
- Одиннадцать... двенадцать... тринадцать... - громко отсчитывал Карлос. Напряжение нарастало. - Девятнадцать... двадцать.
Зрители застыли. Но как только Карлос метнул нож, парень нагнулся, обхватив руками голову, и завопил:
