- Нет!.. Нет! - нож вонзился в стену в нескольких дюймах от того места, где только что была голова.
- Трус! Трус! - заорала толпа.
Карлос рассвирепел. Жестокие складки залегли вокруг рта, а глаза сузились.
- Схватите его, - приказал он. Двое двинулись с противоположных сторон комнаты и, подхватив парня, прислонили снова к стене. Карлос подошел к нему и сплюнул.
- Трус! - сказал он. - Трус. Я знал, что ты трус, с самого начала. Теперь я обязан убить тебя.
- Убей его! Убей грязного труса! - подхватила толпа.
Парень поднял голову, силясь что-то сказать, но ни звука не сорвалось с его губ.
- Я скажу тебе, что мы делаем с трусами. Мы обрезаем им крылья, чтобы они больше не летали. - Он вытащил нож из стены: - Положите его!
Прежде чем малый смог пошевелиться, двое помощников исполнили приказание. Неуловимым для глаз движением Карлос вонзил нож почти по рукоять в подмышку жертвы. Парень дернулся и закричал. Алая кровь в одно мгновение залила рубашку.
Переложив нож в другую руку, Карлос безжалостно вонзил нож во вторую подмышку:
- Видишь, парень, я владею и левой.
Двое помощников подняли парня и перенесли в угол. Он кричал, катаясь по полу. Его рубаха напитывалась кровью.
- Вынесите его, - бросил Карлос. Двое подхватили его под руки, отчего парень закричал сильнее. Карлос зажал его рот своей рукой:
- Убирайся домой, трус! Если ты крикнешь еще хоть раз или донесешь на нас, я подрежу тебе и язык. Понял? - Юнец кивнул.
Карлос повернулся.
- Где следующий? - спросил он, глядя прямо на меня. Толпа притихла.
Я ощутил, что во мне нет страха. Я настолько был возбужден видом крови, что это подавило страх. Я завидовал Карлосу, восхищался им. Но настала моя очередь посвящения.
Я помнил, что мне было предложено выбирать. Карлос все еще был в бешенстве. «Если он снова возьмет нож, то наверняка убьет меня. Лучше выбрать другой способ», - подумал я.
- Еще один трус? - прошипел Карлос.
Я вышел на середину комнаты и оглянулся. Одна из девушек, высокая и тощая, выкрикнула:
- В чем дело? Если ты испугался, то скажи, - у нас еще кровь в жилах не застыла! - Толпа взорвалась хохотом.
- Если кто-то испугался, то это не я, бэби. Где твои парни, которые хотели бы порезвиться?
Я старался сохранять бравый вид, хотя в глубине души таился страх. Возможно, меня ранят... или убьют... Эти люди жаждали крови. Но я предпочитал умереть, чем выглядеть трусом. Поэтому сказал:
- Я готов.
Карлос выкрикнул пятерых:
- Джонни! - и массивный парень, почти вдвое толще меня, без шеи, с головой, насаженной на массивные плечи, вышел на середину комнаты, хрустнув кулачищами. Он едва взглянул на меня, ожидая лишь команды, чтобы напасть.
- Матти! - и второй парень, ростом с меня, но с необыкновенно длинными руками, пританцовывая, вышел и занял боксерскую стойку.
- Жозе! - третий парень был сложен как боксер легкого веса и имел глубокий шрам на лице от глаза до самого подбородка. Он закружил вокруг меня, выбирая положение.
- Сова! - рев восторга пронесся над толпой. По всей видимости, Сова был здесь фаворитом. Как я узнал позже, кличка Сова была дана ему за способность видеть в темноте так же хорошо, как и на свету. У него были огромные глаза и нос крючком, очевидно, сломанный в драке. Сова был невысоким, толстым парнем с выражением лица, отвратительнее которого я не встречал.
- Пако! - я никогда раньше не видел Пако. Он окликнул меня сзади:
- Эй, Никки!
Я обернулся и в тот же момент получил удар кулаком ниже пояса. Боль была кошмарная. Мне показалось, что он отбил мне почки. Я попытался глотнуть воздуху, но он ударил меня снова. Только я выпрямился и завел руки за спину, чтобы защититься от ударов сзади, как получил удар в живот. Я потерял сознание, но только на мгновение, очнувшись сейчас же от удара в лицо. Было хорошо слышно, как хрустнула носовая кость.
Я так и не получил шанса ударить сам. Кто-то схватил меня за волосы. Тело рухнуло, но чья-то рука держала за волосы мою голову на весу. Кто-то ударил меня кованым башмаком в лицо, и песок заскрипел на зубах. Меня били со всех сторон, а тот, кто держал за волосы, бил по голове. Затем сознание померкло.
Потом я помню, что меня трясли и шлепали по лицу. Кто-то произнес: «Эй, проснись». Я старался сфокусировать взгляд... но не видел ничего, кроме белого потолка. Проведя рукой по лицу, я ощутил, что оно залито кровью. Тут я увидел лицо Совы Все силы вернулись. Я сделал выпад и ударил Сову в рот. Затем я стал наносить удары по всем, кого мог достать, катаясь в луже крови.
Кто-то схватил меня за ноги и прижал к полу, пока приступ ярости не прошел. Израэль наклонился надо мной и засмеялся:
- Ты наш человек, Никки. Старик, ты нам нужен. Ты можешь быть кем угодно, но ты не трус. Это точно. - Он вложил что-то в мою руку. Это был револьвер 32 калибра. - Возьми. Отныне ты «Мау-Маус», Никки.
