С самого начала Израэль и я стали почти неразлучны. Спустя три дня, вечером, он пришел ко мне сообщить, что предстоит «разбирательство» с «Бишоп». Наконец-то будет шанс использовать мой револьвер - поучаствовать в настоящей драке! У меня шевелились волосы от восторга, пока Израэль описывал план.
Наш военный советник уже встречался с военным советником негритянской банды, и они условились о времени и месте встречи. «Мау-Маус» должны были собраться в Вашингтон-Парк в 9 вечера.
Израэль сказал:
- Возьми револьвер. У остальных оружие есть. Некоторые из нас сделали себе «пушки». Мы проучим негров. Если проиграем, то проиграем в битве. Мау-Маус в Африке пили кровь, старик, - и мы будем.
Банда уже почти полностью собралась в парке, когда я пришел туда. Опасаясь полиции, они спрятали оружие в траве. Карлос и Израэль отдавали приказы. К 10 часам вечера в парке и окрестностях собралось около 100 человек. Большинство имело ножи, у некоторых были винтовки. Некоторые принесли бейсбольные клюшки, палки с набитыми гвоздями и кастеты.
Несколько человек было послано на Парк-Авеню, чтобы отрезать «Бишоп» путь к отступлению, напасть с тыла. Я с группой ребят был направлен на Сант-Эдвард-Стрит, чтобы заставить «Бишоп» отступать именно к Парк-Авеню. Мы пробирались молча, только Тико иногда подтрунивал надо мной:
- Ну как, Никки, боязно, а?
- Нет, старик, это как раз то, о чем я мечтал, - говорил я, указывая на свой револьвер за поясом.
- И сколько пуль у тебя в этой штуковине?
- Пять. Целая обойма.
Тико присвистнул:
- Значит, кого-то из этих черных ты сегодня пришьешь? И я буду драться до последнего.
Мы разделились на небольшие группы, чтобы не обратить на себя внимание полиции, подошли к зданию школы и ворвались на игровую площадку. «Бишоп» уже ждали нас там.
- Бей их! Бей! - орали мы, смешиваясь с ними на открытом пространстве. Я ворвался в самую гущу. Израэль рядом размахивал своей бейсбольной клюшкой. Вокруг меня мельтешили люди, ругаясь, крича и бросаясь друг на друга. Здесь было, наверное, человек 200. Трудно было отделить одну банду от другой.
Кто-то толкнул меня сзади так, что я упал на асфальт. Вытянув руки, чтобы смягчить падение, я обернулся на обидчика, но увидел только чужую клюшку, со всего размаху ударившую по асфальту там, где только что была моя голова. Такой удар мог убить.
Послышался торжествующий крик «Мау-Маус»: это сзади напал на «Бишоп» наш резерв. Я уже встал на ноги, когда «Бишоп» смешались и побежали по аллеям. Израэль кричал мне, преследуя их:
- Убей вон того, Никки, убей его! - Он показывал на маленького парнишку, который был ранен в ногу и потому отстал. Я прицелился и выстрелил. Но тот продолжал свой бег. Я выстрелил снова.
- Попал! - крикнул Израэль и, схватив мою руку, шепнул: - Копы, бежим!
Полиция перехватывала «Бишоп», которые устремились в разные стороны по аллеям. Мы бросились в обратном направлении. Перелезая через решетку, я оглянулся на школьный двор. Там остались лежать трое, и еще несколько человек сидели раненые. Вся драка заняла не более 10 минут.
Мы пробежали, наверное, шесть-семь кварталов, пока не встретились с Карлосом и еще двумя из нашей банды и все вместе спрыгнули в канализационный ров. Израэль смеялся до икоты, глотая воздух от быстрого бега:
- Посмотрите на Никки. Он думал, что это ковбойский фильм, и стрелял в воздух.
Другие посмотрели на меня и тоже захохотали. Я присоединился к ним. Мы лежали на дне канавы и хохотали, держась за животы, хохотали до колик. Мне было хорошо, я видел кровь, я убил кого-то. Наверняка убил. А мы целы и невредимы. Я ни с кем еще не испытывал такого чувства единства, как с этими парнями, лежа в канаве. Израэль положил руку мне на плечо:
- Ты мне нравишься, Никки. Я давно искал такого друга. Мы с тобой похожи - мы оба безумцы.
Снова раздался хохот, и я почувствовал, как хорошо быть безумцем и не быть самому по себе.
- А как насчет того, чтобы выпить что-нибудь? - спросил Карлос, находясь все еще в сильном возбуждении. - У кого есть деньги?
Денег ни у кого не оказалось.
- Я достану деньги, - сказал я.
- Что ты собираешься делать? Ограбить кого-нибудь?
- Именно, бэби.
- Ты молодчина. Тебя интересует только драка. Идем, мы с тобой.
Я взглянул на Карлоса: он уже вскочил на ноги, готовый следовать за мною. Так я впервые окончательно понял, что все ребята готовы идти за самым жестоким, самым кровожадным, самым смелым.
Мы вылезли из канавы и двинулись по аллее. На углу светились огни ночного кафе. Внутри было три человека: мужчина и женщина за стойкой и старик, который доел свой ужин и шел расплачиваться. Я оттолкнул старика к стене и приставил лезвие ножа к его животу:
- Тихо, старый. Давай это мне, - сказал я, указывая на банкноты, которые он держал в руке.
Мужчина за стойкой направился было к телефону, висящему на стене, но Израэль сгреб его за одежду и щелкнул лезвием ножа:
- Тебе не терпится умереть, да?
Я слышал, как женщина ахнула и закрыла рукой рот, чтобы не закричать. Израэль толкнул мужчину к кассе и, сдернув с крючка, бросил ему телефонную трубку:
