…Рэлин вновь перевернулся на бок и посмотрел на звезды. Интересно, о чем думает Рики? Его племянник был не по годам умен, Рэлину нравилось с ним возиться.
Постепенно с мыслей о сыне брата он перебрался на завтрашний день. Обдумывая, как преподнести Даресу будущее дело, он заснул. Строгий разум не позволил вольному сердцу вновь растревожить так и не зажившую рану.
Орден Света, в отличие от Ордена магов, существовал на протяжении многих тысячелетий. Ходили легенды, что паладины обучались еще даже до Великого Нашествия демонов Глубин. После этого кошмарного события, когда весь мир оказался на грани гибели, люди и эльфы объединились в Инквизицию, которая занималась истреблением тех тварей Глубин, что посмели вновь напасть на них. Врата больше не отворялись, масштабного нашествия не было, однако демонам все равно удавалось иногда преодолевать границу миров. Именно борьбой с этими жуткими созданиями занимались инквизиторы. Так продолжалось почти два тысячелетия, пока во главе Инквизиции не встал Шелиас де Лантар. Эльф по рождению, он был любим всеми жителями центральных земель. Благодаря ему Инквизиция была превращена в Орден Света, который боролся не только с демонами Глубин, но и с темными тварями, посмевшими покуситься на жизни слабых и немощных. Веками устои, завещанные Шелиасом де Лантаром, блюлись его последователями. Паладины истово боролись со злом, вспоминая величайшего из Верховный паладинов…
— Только не забудь, что его казнили за предательство его же братья, — цинично напомнил брату Дарес.
Рэлин лишь усмехнулся и разумно заметил:
— Великие своей смертью не умирают. Думаю, де Лантар сильно кому-то мешал, раз его сожгли на костре.
— Какой ты умный.
— Не язви, Дар, ты ведь всерьез не считаешь, что эльф, который вернул паладинам их истинное предназначение, мог продаться Тьме.
— Нет конечно, но я удивлен, что ты считаешь также! Более доверчивого человека, чем ты, Рэли, я не встречал.
— Я искренне считаю, что умирают как раз добрые и справедливые воины, а подлецы и тираны живут дольше всех. Учитывая, какая судьба постигла де Лантара, можно смело утверждать о его невиновности.
— Сражен твоей логикой, — расхохотался Дарес.