После двух бокалов вина Агнет разморило: она умела пить, но тепло и приятная усталость продолжали наполнять тело. Она вяло наблюдала за некоторыми, особо буйными (с ее точки зрения) гостями, когда Ларон вдруг дернулся. Агнет отреагировала мгновенно, несмотря на видимую расслабленность.
— Что? — настороженно поинтересовалась она и тут же увидела, что привлекло внимание друга: сидящая неподалеку компания молодых мужчин откровенно лапала одну из разносчиц. При этом все присутствующие старательно делали вид, что не замечают происходящего. Особенно усердно этим занималась парочка охранников, стоящих на входе в таверну. Несчастная девушка пыталась вырваться, но ее сил явно не хватало против хмельной удали молодых парней. При этом она не поднимала крик, а на ее лице был написан такой ужас, что оставалось поражаться жестокости людей, позволяющим обижать ее. Но Агнет, в отличие от Ларона, о низости человеческой души знала все и по одному взгляду на дорогие костюмы "весельчаков" поняла, что перед ними — местная элита, дети богатых и знатных родителей, которые привыкли, что им все должны. Неудивительно, что окружающие старательно пытались отгородиться от них, не бросаясь на помощь девушке. А компания пьяных богачей продолжала приставать к разносчице, уже откровенно задирая ей юбку и пытаясь сорвать блузку. Вот только юноши не учли, что рядом находится светлый эльф, который подобного насилия не приемлет.
Когда по щекам девушки потекли слезы, Ларон резко встал и направился прямо в толпу молодых буянов. Агнет мгновенно подобралась, готовя заклинание.
— Отпустите девушку, — строго приказал Ларонэль, подходя к самому развязно ведущему себя юнцу — он уже успел затащить разносчицу к себе на колени. Бедняжка сжалась в комок и едва ли замечала, что происходит вокруг. Зато все прекрасно видели и слышали ее насильники. Шестерка юношей подняла головы на эльфа, некоторые даже отставили в сторону бутылки с вином.
— Чего? — протянул главный и расхохотался. Смех у него был противный, девчачий, но судя по тому, как его слушались его прихлебатели, говорить о недостатках лидера было нельзя.
— А что же ты нам сделаешь, урод? — насмешливо поинтересовался парнишка. Его светлые волосы разметались в красивом беспорядке, и если бы не перепачканная в вине одежда и отвратительное поведение, юношу можно было назвать вполне приятным, даже симпатичным. Особенно для человека.
— Боюсь, я причиню вам вред, — спокойно ответил Ларон, пропустив мимо ушей оскорбление. Он был тем редким представителем расы светлых эльфов, для которого внешность не значила ничего, поэтому и значение собственной красоте (а теперь — ее отсутствию) он не придавал.
— В-в-вред? — давясь хохотом, переспросил юнец. — Да знаешь, куда ты сейчас пойдешь, мерзкий эльф…
Агнет резко встала, когда в Ларона прилетел первый кулак. Надо сказать, что хоть светлый эльф и не был таким превосходным воином, как Ворон и Барст, однако постоять за себя умел. Но не против же сразу шестерых!
Стулья полетели на пол, и трое — кто лучше всего стоял на ногах — бросились на Ларона. Агнет мгновенно опустила на таверну волну холода, которая прочистила головы всем присутствующим, а заодно повалила на пол шестерку "вояк". Пока Ларон помогал плачущей разносчице, Агнет продолжила творить следующее заклинание. Проблема сражения в таких маленьких помещениях в том, что есть вероятность кого-нибудь убить. А то и всех. Приходилось изворачиваться.
— Ах ты стерва! — вскрикнул тот самый светловолосый парнишка и кинулся к Агнет. Она легко его откинула, но тут ее банально подсекли ножкой стула. Она упала на пол, больно ударившись спиной, и увидела стоящего над ней лидера компании. Без размаха он ударил ее, разбив губу. Агнет дернулась, мысленно сетуя на то, что надо было не жадничать и поставить на себя щит от атак.
— Я тебя сейчас проучу, — пригрозил мальчишка, пытаясь расстегнуть и без того болтающийся ремень. Глаза Агнет недобро блестнули в полутьме таверны, но прежде, чем она сама проучила наглеца, на весь зал раздался мрачный, полный скрытой угрозы голос:
— И чем вы тут занимаетесь?
Ворон.
