– Но я же не знал этого, – смущенно произнес Колин. – Я не думал. Прости меня, Вала де Плешар. Прости, если можешь.
После этого разговора обоим стало легче. Они спустились вниз, вышли во двор и даже немного проехались верхом. Потом вернулись в зал к ужину. После ужина поднялись в комнату Колина. Вала велела погасить свечи и даже очаг, чтобы была полная темнота, и дать ей немного времени собраться с силами. Через время она тихо позвала Колина:
– Иди сюда. Иди ко мне.
Он скользнул под одеяло, и его встретили теплые нежные руки и горячие губы. Вала целовала его, ласкала и что-то шептала, от чего Колин просто сходил с ума. Ему казалось, что он больше не выдержит, когда она вдруг вскрикнула:
– Возьми же меня, возьми!
Повторять дважды не пришлось. Колин перехватил у нее инициативу, но был почему-то медлителен, наслаждаясь каждым мгновением, каждым движением. Потом страсть взяла свое и они оба взлетели на вершину блаженства, одновременно взорвавшись фейерверком острого наслаждения. Колин блаженно застонал, а Вала с невыразимым чувством прошептала имя. Мужское имя, но не его. Она отдалась не ему, а тому, другому, которого любила. Она звала англичанина, Ричарда, к которому рвалось ее сердце.
Колин не сразу пришел в себя. Это было потрясающе. И он наконец понял, о чем толковала ему все это время Вала. Оказывается, это действительно разные вещи – взять женщину своей волей и получить ее по ее желанию.
– Это все? – спросил он спустя несколько минут.
– Все, – ответила Вала. – А теперь оставь меня, пожалуйста, Колин. Я должна прийти в себя. Потом поговорим. Дай мне хотя бы час времени.
Он молча встал, оделся, снова разжег огонь в очаге и ушел, хотя ему очень этого не хотелось. Больше всего на свете он хотел сейчас лежать рядом с ней, прижимать ее к себе и тихонько поглаживать ее тело, целовать пахнущие какой-то травой шелковые волосы. Что это с ним? Что сделала с ним эта женщина?
Когда поздно вечером Колин вернулся в свою комнату, Вала сидела на постели, подтянув колени к груди, и задумчиво смотрела на огонь. Она была спокойна, но на щеках виднелись следы пролитых слез.
– Тебе очень плохо, Вала? – спросил Колин, сам зная ответ на свой вопрос.
– Очень плохо, Колин, – честно ответила она, – и стало еще хуже. Я очень хочу к нему, к тому, кого люблю всем сердцем. Пойми, это моя первая любовь после всех бед, выпавших мне на долю.
– Я отпущу тебя, Вала, – тихо сказал Колин. – Ведь не зверь же я в самом деле. Отпущу и провожу сам, чтобы все было в порядке. Только прошу тебя, помоги мне. Помоги мне выбрать себе жену, ты в этом понимаешь. А я хочу иметь то, что ты мне показала, всегда. Ты была права. Ради этого одного стоит жить на свете, не говоря уже о продолжении рода. И, прошу тебя, позволь мне быть эти ночи рядом с тобой, просто быть. Клянусь, я больше не трону тебя. Я хочу сохранить в памяти сегодняшнее наше слияние.
Вала согласилась, и они долго разговаривали, лежа в одной постели. Колин нежно обнимал ее и прижимал к себе, но никаких попыток к сближению не делал. Он умел держать себя в руках.
Колин рассказал ей, что у старого Мак-Лейна, который живет на северо-западе от них, в двух днях пути, есть три дочери, готовые уже к замужеству. Он думает взять в жены одну из них, только надо выбрать, какую именно. Он хочет нежную и страстную, как сама Вала. И хочет, чтобы она немного подготовила девушку, научила, как угодить ему. Он будет очень благодарен за помощь.
Потом еще вспоминали молодость Валы, ее могучего деда, ее великолепного коня, которого дед подарил ей, а она назвала его Громом. Говорили о многом, только разговор о погибшей дочери Вала обходила стороной. Колин понимал, как ей больно, и клял на все лады злополучного Холта, а заодно с ним и лютого принца.
– Не понимаю я вас, англичан, – говорил он. – Как вы терпите это чудовище? Здесь у нас его порешили бы очень быстро, и никто бы не нашел концов. Подумать только, так издеваться над женщинами! Зверь лесной и тот милосерднее будет.
С этим Вала не могла не согласиться. Она ненавидела принца всей душой и желала ему самой лютой смерти, хотя понимала, что как христианка не имеет права на такие мысли. Но, вспоминая все, что произошло в ее жизни перед побегом на север, не могла унять злых пожеланий.
На следующий день начались приготовления к поездке в стан Мак-Лейнов. Был отправлен гонец с известием о скором прибытии жениха. Вала улыбалась, представляя себе, какой переполох поднялся у соседей.
