— Закрой пасть, Зи-Зи! — раздраженный рык Валета оборвал этот робкий протест. — Ты не то шо шуршать тута, ты нам вообще отсасывать должна, всем по очереди. Без нас ты кто? А никто! Безродная шалава с помойки.
— Маршал, что он несет?! Заткни его, Маршал! — задыхающийся от злобы и обиды женский голос попытался отыскать защиты у главаря банды.
— Зина, не мешай, у нас мало времени, — тот, кого именовали Маршалом, остался глух к протестам хозяйки паркинга. — Белобрысая сучка на «Хаммере» сбежала, и мне это совсем не нравится.
Слова атамана подействовали на бандитов как удар кнута, принудили их к немедленному действию. Хозяева без всякого дополнительного напоминания схватили Корна, подняли его и грубо, будто мусорный брикет с отходами, швырнули на один из уцелевших обеденных столов. Ударившись изувеченным плечом, охотник протяжно застонал, но только на сочувствие рассчитывать не приходилось, даже наоборот, уже через несколько мгновений руки и ноги молодого новгородца оказались больно стянуты то ли веревками, то ли ремнями, при помощи которых его накрепко примотали к столешнице.
Все эти приготовления жестянщик воспринимал с полной отстраненностью, можно даже сказать безразличием, будто все это происходило вовсе не с ним, а с его двойником, каким-то другим Сергеем Корном. Или нет… Это был вовсе не он, не Сергей. На столе сейчас лежал кто-то другой, кто-то…
Затуманенный взгляд охотника неожиданно выхватил из окружающего белесого киселя худенькое запястье, маленькую ладошку и сбитые в кровь костяшки тонких пальцев с обломанными ногтями и остатками розового перламутрового лака. Такие знакомые родные пальцы. Сергей помнил, как сжимал их в своей ладони, отогревал своим дыханием, целовал.
Крис! — позвал юноша. Вернее ему казалось, что позвал, на самом деле губы охотника лишь слегка зашевелились, не произведя при этом ни единого звука. — Она? Почему она? Как очутилась здесь? Как такое вообще может происходить?!
И вдруг Корн понял, осознал: он и Кристина… они связаны, накрепко связаны друг с другом. Они жили одной жизнью и, как видно, умрут одной смертью. Все повторилось. Всего несколько дней назад Кристина точно так же лежала накрепко примотанная к холодному металлу грязного рабочего стола — плахе, на которой она и приняла свою жуткую мучительную смерть. И вот теперь настал черед Сергея. Его ждет та же самая участь.
— Сейчас, падла, ты у меня заговоришь!
Кровожадный голос Валета вмиг разогнал молочно-белый туман, рассеял наваждение. Вместо руки Кристины Сергей увидел свое собственное запястье, над которым тускло поблескивало адское лезвие штурмового виброножа. Одновременно с оружием приговоренный разглядел и лицо того существа, которое совершенно добровольно вызвалось исполнять грязную работу палача.
Валет тоже оказался атомщиком. У него была худощавая физиономия со впавшими скулами и крючковатым носом, в правой ноздре которого поблескивало небольшое металлическое кольцо. В темных глубоко посаженных глазах горели кровожадные огоньки, тонкие губы искривляла отталкивающая, весьма многообещающая ухмылка. В первое мгновение в голове жестянщика даже промелькнуло, что перед ним натуральный демон, правда потом молодой человек смекнул, что дело намного хуже. Валет вовсе не являлся гостем из преисподней, все обстояло гораздо проще: он был маньяком из мира людей. И вот, начиная с этого самого мгновения, Корн вновь вспомнил, что такое настоящий первобытный ужас.
— Что тебе приказал полковник?!
На этот раз Маршал гаркнул пленнику в самое ухо. Юноша вздрогнул, но при этом даже не попытался повернуть голову. Новгородец как завороженный продолжал глядеть на пульсирующее лезвие боевого ножа и безумного атомщика, который вот прямо сейчас собирался настрогать его мелкой соломкой.
— Говори, сука!
Главарь бандитов не побрезговал и схватил пленника за слипшиеся от крови волосы. Он рывком повернул лицо Сергея к себе и уставился тому прямо в глаза.
— Я… я не знаю никакого полковника, — собрав последние силы, прошептал жестянщик. — Мы… мы просто беженцы. Мы пытаемся добраться до Москвы.
— Шо ты тут гонишь, сопляк?! — на слова Корна первым отреагировал Валет. — Откуда у «простых беженцев» такой нехилый арсенал?
— Мы украли… Все украли…
Юный новгородец отчего-то подумал, что этим людям будет легче поверить именно в такое объяснение… Однако они не поверили.
— Валет, давай! Прочисть ему мозги, — отрывисто приказал атаман и отпустил волосы Сергея, позволяя тому «полюбоваться» предстоящим кровавым зрелищем.
— Эх, люблю эту потеху!
Атомщик с тесаком анонсировал начало своего выступления и получил поддержку как минимум от полудюжины сотоварищей. Далеко не все хозяева испытывали ту кровавую эйфорию, что захлестывала Валета, но все же добросовестно пытались настроиться на нужный лад. И это у них понемногу стало получаться. Наверняка сказывался опыт в подобных делах. От нарастающего вокруг злорадного кровожадного гомона молодому новгородцу стало совсем невмоготу.
— Нет! Не надо! Я не лгу!
