Новгородец подумал об этом и тут же обнаружил еще одно желто-синее пятнышко. Его образовывали две жирные полоски, довольно похабно нанесенные на передний конец небольшой, сантиметров семьдесят в длину трубы, которую здоровяк держал в своей украшенной перстнями лапе. Вся остальная часть трубы имело грязно-зеленую промышленную окраску, на ее боках виднелись две откидные рукояти и внушительный электронно-оптический прицел.
При виде данного устройства у Сергея гулко екнуло сердце. Гранатомет с активным нанозарядом! При помощи точно такой штуковины герои его любимых кинобоевиков превращали в груды мелкой металлической пыли сверхтяжелые штурмовые танки и многослойные бронированные купола опорных крепостей. Поэтому было даже страшно представить, что это оружие сделает с легкобронированным мобилем!
— Шевелись, Барби! — крик атамана был адресован именно амбалу в серебристых лосинах. — Уйдут ведь, суки!
Инстинкт самосохранения среагировал на опасность гораздо быстрей, чем разум. Лежа на боку, придавленный грудой свалившегося с полок хлама, Корн вскинул каким-то чудом не утерянный Р-67 и практически не целясь надавил на спуск.
Как выяснилось, глаз у молодого охотника даже теперь оставался острый, а рука верная. Деградант по кличке Барби получил огненную стрелу точно в горло. Мощный лазерный импульс пережог шейные позвонки, отчего лысая голова атомщика запрокинулась назад и повисла на одной из уцелевших мышц, словно тряпичный капюшон. Здоровяк по инерции сделал еще один, самый последний в своей жизни шаг, после чего со всего маху грохнулся на пол. Рядом с хозяином стукнулось о полированные плиты и его смертоносное оружие.
Разделавшись с гранатометчиком, новгородец вздохнул с облегчением. «Милашка» Барби упал очень удачно. Совершенно открытое пространство, на котором громоздилась его туша, отлично простреливалось с того места, где укрылся юноша. А это значило, что до гранатомета бандитам не добраться, по крайней мере, пока Сергей будет оставаться здесь, пока он будет держать эту позицию.
Охотник подумал об этом и тут же вздрогнул, как от удара электрического тока. Как здесь?! Как эту позицию?! Он ведь должен… непременно должен сесть в мобиль! Ведь именно для этого все и затевалось!
Запрыгнешь в «Хаммер», и эти уроды мигом дотянутся до гранатомета, — внутренний голос тут же напомнил горькую безжалостную правду. — Тогда ты… нет, не только ты, но еще и Вика… Вы вдвоем превратитесь в жидкую кровавую кашу, обильно сдобренную порошком из металлокерамических приправ.
Неожиданно здоровенная черная тень нависла над жестянщиком, а по ушам ударила знакомая смесь гула, воя и рокота. Повернув голову, Корн увидел наползающую зеленую громаду «Бронехаммера». Седевшая за рулем проститутка довольно уверенно сдавала назад, стремясь вогнать мобиль между охотником и обстреливающими его бандитами.
— Когда я скажу, прыгай в кабину! — прокричала девушка в полуоткрытую пассажирскую дверь.
— Нет! — молодой охотник отчаянно замотал головой, после чего послал пару огненных импульсов в сторону самого смелого из хозяев, который попытался рвануться к оброненному гранатомету.
— Не понимаю! — Вика не поверила своим ушам. — Прыгай, я говорю!
— Уезжай! — Сергей махнул в сторону разбитой витрины. — Я прикрою!
— Мы уедем вместе!
— Замочат к чертовой матери! У них гранатомет! Я видел!
Виктория наверняка плохо себе представляла, что за штука этот самый гранатомет, но от слова «замочат» ее лицо сразу превратилось в гипсовую маску.
— Но, как же… — растерянно пролепетала девушка.
За грохотом боя Корн не расслышал эти слова, а скорее прочел их по губам компаньонки.
— Вдвоем нам не уйти! — выкрикнул охотник, не переставая поливать огнем участок, на котором развалился «красавчик» Барби. — А так хоть ты спасешься!
Не успел охотник произнести эти слова, как по кабине внедорожника ударила целая стая алых росчерков. Вспыхнули и погасли огненные облачка, на броне вздулись раскаленные оспины, а в незащищенном блистером боковом стекле образовалась аккуратная дымящаяся дырка. Виктория взвизгнула от страха и какой-то тряпкой стала судорожно сбивать огонь с загоревшегося подголовника своего сидения.
— Вали, я сказал!
Сергея взбесило упрямство девушки, и он тут же выместил свою злобу на том самом бандите, который отстрелялся по «Хаммеру». Убить не убил, но, кажется, до угольков спалил ублюдку левое ухо.
Когда охотник вновь глянул на внедорожник, дверь кабины уже оказалась закрыта. Сквозь дырявое, слегка помутневшее от температурного воздействия стекло было видно лицо девушки, ее руки судорожно вцепившиеся в рулевое колесо. Вика сидела недвижимо, словно манекен и тупо глядела сквозь полуприкрытое блистером лобовое стекло. Губы заметно шевелились, как будто она уговаривала саму себя, а может читала какую-то древнюю молитву.
— Блин, тупая овца! Я что тут задарма должен подыхать! — в ярости прорычал охотник и выстрелил прямо поверх капота бронемобиля.
