— Поднимите по тревоге передовое охранение. Один из кораблей может попытаться уйти. Остановите его!
— Каким образом, лорд Морден?
— Силой, если нет другого способа, — ответил Морден, чем привел капитана в замешательство — бедняга за всю свою долгую службу никогда не получал таких приказов.
Адам Роффрей всегда отличался асоциальным поведением. Он всю жизнь балансировал на грани закона и беззакония. Да и теперь он вовсе не собирался уступать требованиям Мордена. Мелкие корабли, как он догадывался, для флотилии погоды не делали, а ему вовсе не улыбалось быть на подхвате. Он не выносил дисциплины, без которой не мыслилась такая грандиозная космическая битва; он считал, что у человечества мало шансов победить в этой войне; наконец, он просто не желал, чтобы лично его втягивали в это дело. Он вообще терпеть не мог, когда его во что-то втягивали.
Итак, Роффрей сорвал энергетическую пломбу со своей антинейтронной пушки и приготовился произвести выстрел, если не будет иного выхода. Как только он двинулся прочь, несколько крейсеров галактической полиции устремились к нему с надир-северо-запада.
Он поскреб свой заросший подбородок, потер лоб и протянул волосатую руку к пульту управления двигателем. На полной скорости он помчался прочь от надвигающихся на него кораблей, прочь от флотилии, направляясь в неведомый космос этой неведомой вселенной.
Он был готов на все, стоило ему только заподозрить, что кто-то покушается на его личную свободу.
Его корабль — нечто уникальное, старая развалина, казавшаяся на первый взгляд торговым судном, но оборудованная как линкор, — не мог долго соперничать с крейсером галактической полиции, готовым вот-вот догнать его.
Ворча себе под нос, он обдумывал, как ему теперь поступить.
А на экране уже хорошо была видна приближающаяся из глубин космоса внушительная армада чужеземных кораблей сферической формы; правда, у него в запасе был один верный способ избежать неумолимо грозящей ему опасности.
Однако этот способ, разработанный им прежде применительно к совсем другим обстоятельствам, мог оказаться теперь чрезвычайно рискованным.
Воспользуйся он им теперь, ему никогда больше не видать людей.
Однако необходимо было срочно принять решение.
Его корабль, как, впрочем, и вся флотилия, был оснащен ионно-термоядерным двигателем, позволяющим пересекать границы различных измерений. Он заранее побеспокоился о том, чтобы изучить все, что касалось многомерного пространства, его природы и законов, которым оно подчиняется. Он вдруг понял, что происходит.
Многие годы он исподволь вынашивал свою идею. Теперь ему придется воспользоваться ею.
Крейсеры галактической полиции все приближались, сигналы тревоги непрерывно звучали в приемниках. Он нажал кнопку и, когда на экране помнилась карта галактики, стал внимательно вглядываться в приближающиеся корабли.
Галактическая полиция была совсем рядом, а в отдалении маячили две флотилии, приведенные в боевую готовность. На своем экране он видел слабые вспышки разноцветных огней. Он чувствовал страшное напряжение и вместе с тем с удивлением отмстил, что наряду с удовлетворением испытывает и чувство вины от того, что не участвует в предстоящей битве. Он отнюдь не был трусом, просто теперь у него была совсем другая цель.
Бросив быстрый взгляд на ряд уравнений, появившихся на экране, он протянул руку к грубо сконструированной системе управления ионно-термоядерным двигателем. Потянул рычаг, настраивающий систему управления, и сразу корабли галактической полиции будто растаяли вдали. То место, где они как бы угасли, служило фоном огромных блистающих солнц, причиняющих его глазам нестерпимую боль.
И вот снова он испытал ни с чем не сравнимое чувство падения сквозь плоскости мультиверсума.
По мере того как он манипулировал ионно-термоядерным двигателем, картина менялась — солнца поблекли, вокруг воцарился ледяной вакуум, а потом поползли клубящиеся облака, беспорядочно вздымающиеся наподобие багрово-серых гор.
Одна за другой мелькали плоскости, универсумы сменяли друг друга, оставляя легкое ощущение тошноты, и билось одно отчаянное желание — только бы поскорее все это кончилось.
Корабли галактической полиции уже не преследовали его.
Вероятно, они вспомнили, что все же главная их задача — сопровождать флотилию.
Итак, он летел сквозь пространство и время, сквозь разделяющие их измерения, направляясь к окраине своей Галактики. У него были все пеленги, в которых он нуждался: переходя с одного уровня на другой, он рассекал множество различных измерений с головокружительной скоростью.
Он знал, чего он хочет, по повезет ли ему — ответить на этот вопрос он не мог.
Эсквиел наблюдал сражение на своих экранах, и чувство безнадежности все больше овладевало им. Сражением руководил Морден, а Эсквиел вмешивался лишь изредка, отдавая самые неотложные распоряжения.
«Все ли я делаю, что в моих силах? — спрашивал он себя. — Не слишком ли благодушно принимаю то, что мне открылось?»
