Жеребцы и вправду оказались отборной масти. Ехали ровно, в сильных телах ощущалась медвежья мощь и в то же время кошачья грация. Под толстой кожей перекатывались большие шарики мышц, повсюду выпирали тугие жилы, кости толстые и крепкие, зубы белые и ровные.
Ехали молча. Мерко впереди, Тора чуть отставая. Когда выбрались из города, отправились вдоль какой-то речушки в сторону леса. Ближе к полудню речушка стала резко уходить в сторону, а дорога вела дальше, в лес. Здесь, на опушке, в зарослях высокой травы, они и решили остановиться, немного перекусить.
Мерко собрал хворост, развел костер. Тора быстро отыскала грибов, набрала воды в маленький котелок и стала варить похлебку. Ирб наблюдал за ней с интересом: запаслива и умна, — думал он, — заранее догадалась, что ехать им придется долго и поэтому где-то раздобыла котелок.
Скоро уже потянуло приятным ароматом пищи, девушка умело добавила каких-то трав, запахло еще притягательнее. У Мерко в животе заурчало, он вспомнил, как долго не ел ничего настоящего, горячего.
— Готово, — позвала Тора. — Или ты предпочитаешь только мясо?
Мерко отвечать не стал, уселся поближе к догорающему костру, схватил ложку и без лишних раздумий принялся за похлебку. Он и правда обычно ел только мясо или хлеб, но сейчас заметил, что и грибная похлебка порой может быть просто восхитительной.
— Ты обещал рассказать об Асалове, — напомнила Тора, умышленно делая свой голос сухим и равнодушным. — Или уже забыл?
— Нет, — ответил Мерко с полным ртом. — Там мало чего рассказывать. Он заточил меня в темницу, но мне удалось освободиться, а убить его мне помог один старый знакомый. Потом стражники почему-то испугались и отпустили меня восвояси.
Женские тонкие бровки взмыли вверх, глаза стали круглые, словно плошки. Она смотрела с изумлением, видно было, что не может поверить, но уже сейчас в ее взгляде показалось восхищение.
— Убил? Не может этого быть!
Наворачивая похлебку, Мерко молчал, успевал только жевать, пользовался моментом, пока девушка ошарашена и перестала работать ложкой.
— Это великий колдун! Как тебе удалось?
— Он может и великий… Точнее, был великим, но зато большой дурак. Был слишком уверен в себе, а это часто подводит.
В дальнейшем Тора жевала уже без всякой охоты, мысли в голове перепутались, с лица не сходило глупое выражение, она все еще не могла поверить.
Как только доскребли остатки каши, они стали собираться. Мерко сложил вещи в котомку, прикрепил мешок к жеребцу. Тора залила остатки костра водой, засыпала остывшие угли землей.
— Ты хочешь узнать что-нибудь обо мне? — осторожно спросила девушка.
— Не знаю. Ежели хочется, то рассказывай. А в общем, я знаю, что ты из ламулийцев, а большего вроде бы мне и не надо. Все равно скоро расставаться.
Тора охнула, лицо ее приняло страдальческий вид. Мерко этого не видел, потому что стоял спиной. А ей было больно. Она вдруг разозлилась на него, но гнев сдержала и не стала ничего оспаривать, вместо этого, придав голосу мерный тон, заговорила:
— А я расскажу.
— Рассказывай, — кинул ирб без видимого интереса. — Послушаю.
Девушка покраснела, отвела глаза и долго собиралась с мыслями, пока наконец что-то не заставило ее начать…
— Я действительно из далекой Ламулии. Я прибыла сюда вместе с принцем, но… я соврала. У нас были разные цели, я его не сопровождала. Просто ехали одной дорогой, мы даже не были толком знакомы. Он ехал со своей задачей, а я со своей. Я была всего лишь попутчицей.
Мерко кивнул:
— Ну понятно, ты напросилась с ним, чтобы его слуги охраняли и тебя. Одной путешествовать опасно, тем более, ты же женщина. Мало ли какие неприятности могут случится по дороге.
Девушка сразу не поняла, на что это намекает ее спутник, наивно попалась на его уловку, простодушно подтвердив его же слова:
— Ты прав. Одна я боюсь, а с принцем безопасно.
— Прынц-то богатый?
— Еще как. У него море драгоценностей, золота, земель и…
— Вот оно что, и чем же, интересно, ты отплатила этому прынцу? Уж не деньгами это точно, зачем они ему нужны, у него их полным-полно, из ушей лезут.
Тора вновь покраснела, глаза загорелись, она еле сдерживала лютый гнев.
— О чем это ты!? — протянула девушка.
— Ну не за просто так он тебя сопровождал?
Ламулийка от злости сжала маленькие кулачки, выпрямила спинку и, вздернув подбородок, надменно произнесла:
— Если тебе это очень интересно, то не за просто так! Как-никак, а в чем-то ты прав: я же женщина, в конце концов! А он мой хороший старый знакомый! Так ты будешь меня слушать или нет? Или, может, тебе рассказать про меня и принца?
— Да мне все равно, — огрызнулся Мерко.
Тора долго молчала, никак не могла заговорить снова, выглядела обиженной, вся надулась, даже вспотела.
