Родитис тотчас почувствовал, что он лжет, но не осмелился обострять отношения. Очевидно, уговоры Елены пока ни к чему не привели. Сантоликвидо все еще не собирался отдавать личность Пола Кауфмана.
— Я не хочу оказывать на тебя давление, — сказал Родитис. — Я чувствую, что восстановление личности Пола Кауфмана является твоим долгом перед миром, а я предлагаю себя для решения этой задачи. С течением времени, как тебе известно, личность теряет контакт с текущими событиями. Мы погубим его способность оценивать ситуацию, если мир станет непонятен для него.
— А ты уверен, что сможешь справиться с ним, Джон?
— А разве кто-нибудь сомневается в этом? — с удивлением парировал Родитис.
— У Пола Кауфмана необычайно сильная личность.
— Я понимаю. Я готов и способен удержать его. Ты проверял мои способности.
— Да. Но все равно я чувствую беспокойство. Такой человек, как Пол Кауфман, может с легкостью стать зомби…
— Никто, — твердо заявил Родитис, — не сможет стать зомби за мой счет. Даже Пол Кауфман.
— Иногда, — пробормотал Сантоликвидо, — мне кажется, что лучше было бы оставить старика в хранилище навсегда.
— Это будет преступлением против его личности! Ты не имеешь права!
— А я не говорил, что собираюсь это сделать. Это всего лишь мои домыслы. Нам опять придется выпустить его в этот мир. Пирата. Каннибала. Мародера.
— Он был просто хитрым и агрессивным бизнесменом, — сказал Родитис. — Отдай его мне, и он будет под контролем ежеминутно. Я буду держать его в узде.
— Ты слишком самоуверен, Джон. Пойдем со мной.
— Куда?
— В главное хранилище. Я покажу тебе Кауфмана поближе.
Родитис бывал в главном хранилище и раньше, но каждый раз его охватывал трепет, когда он проходил по вестибюлю с низким потолком и настороженными глазами сканеров в огромную мрачную пещеру, хранящую миллионы консервированных душ. Они дошли до испытательной кабины. Сантоликвидо затребовал одну из шкатулок и теперь крепко держал ее в руке.
Оглядывая колоссальный зал с бесчисленными рядами полок и урн, Родитис тихо сказал:
— Ты читал одиннадцатую книгу Одиссеи? Где Одиссей спускается в царство теней искать совета у душ умерших. — Он показал рукой в зал. — Вот и мы здесь. В Царстве Теней, в Городе Вечной Мглы. Мы причалили наши лодки и идем по берегу реки Океан. Одиссей вынимает меч, копает яму и приносит жертву мертвым. Мед, молоко, вино, воду. Он сыплет белый ячмень. Перерезает горло овце. Темная кровь капает в яму, и вот, души мертвых поднимаются из глубины. Он видит своего непогребенного друга Эльрепора. К нему подходит мать, но он прогоняет ее, чтобы поговорить с Тейреспасом. Затем он встречает мать Оедипуса, жену Амфитриона. Ариадну. Посейдона. Здесь, как в Царстве Теней, мы можем вызывать души умерших.
— А ты хорошо знаешь Гомера, — сказал Сантоликвидо.
— Я грек, — спокойно сказал Родитис. — Ты удивлен?
— Я никогда не видел тебя таким, Джон.
— Но ведь это тени, не так ли? Не место для наказания, не Дантов Ад, а просто хранилище. Прямо по Гомеру. Ты не чувствуешь это, Фрэнк, глядя на ряды урн?
— Я это чувствую часто. Хотя и не несколько иначе, чем описывает Гомер. Мы, романцы, тоже имеем своего поэта теней. Помнишь? «Спуск в ад прост. Ночь и день открывают врата темного царства смерти».
— Вергилий?
— Да. Анис так же ищет встречи с мертвыми. Он берет в руки золотой лук и зовет своих товарищей. Глубокая, темная пещера, из глубины которой поднимается пар; он спускается вниз, переплывает на лодке реку, встречает тень своего рулевого — Палинуруса. Он находит Дидо. А затем — своего отца Анхисеса. Я часто думал об этом, Джон.
— Тогда открой для меня свое Царство Мертвых и покажи мне Пола Кауфмана.
— Заходи в комнату.
Они вошли. У Родитиса было плохое настроение, он посмотрел на медную шкатулку с личностью Пола Кауфмана, и его охватило сильное желание вырвать эту шкатулку из нежных рук Сантоликвидо и броситься прочь. Но это было глупо. Он ждал, пока Сантоликвидо наладит оборудование.
— Что ты собираешься делать? — спросил он наконец.
— Хочу, чтобы ты тридцать секунд пообщался с Полом Кауфманом. Это стандартная процедура. Когда она начнется, я не остановлю ее, как бы ты ни реагировал, а затем мы узнаем, сколь сильно ты желаешь остаться с ним навсегда.
— Ты не испугаешь меня.
— Я и не думаю тебя пугать. Но я хочу тебя убедить, что существует определенный риск.
— Давай, — сказал Родитис. Он дал закрепить на себе электроды и, полузакрыв глаза, наблюдал за последними приготовлениями.
— Ну вот, — сказал Сантоликвидо.
Родитис вздрогнул от первого соприкосновения с личностью Пола Кауфмана. Он как бы упал на самое дно кипящего серного озера и пытался выплыть оттуда, чтобы вдохнуть воздуха. Он не утонул. Через несколько мгновений он выплыл на поверхность, овладев искусством управляться с этой средой.
