Ликаон Пеласг, сын медвежьей богини Каллисто, предавался каннибализму и, видимо, был богом дубов, так как погиб, пораженный перуном. Тотемом его клана считался волк, и Ликаон правил девять лет в облике волка (или волка-оборотня). Выбор царя совершался во время пира, на котором вкушали человеческое мясо. Его супруга Нонакрис явно была девятиединой богиней, а его описывают как первого культурного героя, цивилизовавшего Аркадию.
«Недалеко от этих развалин [Нонакриса] находится высокий обрыв скалы, такой высоты, какой я еще не видал. С этого обрыва каплет вода, которую эллины называют „вода Стикса“ <…> При клятве Геры [Гомер] говорит:
Очевидно, Гомер говорит это так, как если бы сам видел каплющую воду Стикса <…> [У Гомера] Афина… говорит:
Та вода, которая каплет со скалы, что при Нонакрисе, падает опять на высокую скалу, а затем исчезает под этой скалой и впадает в реку Крафис. Она имеет такую силу, что приносит смерть и человеку, и всякому живущему существу. <…> И вода Стикса бессильна распустить конское копыто: если в копыто налить этой воды, то вода держится и нисколько его не разъедает. <…> Роговые и костяные предметы, железо, медь, свинец, олово, серебро и янтарь эта вода разъедает. То же самое бывает и с золотом, хотя лесбосская поэтесса и говорит, что золото никакая ржавчина не покрывает, что подтверждает и само золото. Говорят, что и Александр, сын Филиппа, был отравлен этой водой, но так ли это, не знаю.
За Нонакрисом идут горы, называемые Ароанийскими, в них есть пещера. В эту пещеру скрывались бешеные дочери Прета, пока Мелампод своими священнодействиями и очищениями не вывел их оттуда и не привел в Лусы. <…> При мне не осталось даже следов Лус. А Мелампод, когда привел дочерей Прета в Лусы, бешенство их врачевал в храме Артемиды. Оттого и богиню Артемиду клейторейцы называют Утоляющею (Имерисия)»[428].
