Но, быть может, встреча с мальчишкой – это тоже дар Создателя Небесного. Если Ольмо возьмет Милана в плен и вернет отцу, верховному священнику Нандусу Тормено, тот этого не забудет. А хорошие отношения с верховным священником ценились в Цилии не меньше, чем серебро Родриго Аполиты.
При мысли об этом Ольмо воспрянул духом. Сейчас все меняется. Персонажи сказок и легенд облекаются плотью. Герцоги Швертвальда и их прислужники будут изгнаны с острова навсегда. Так почему бы в такие времена сыну свинопаса не стать главой городской стражи? А может, ему удастся продвинуться еще дальше. Он мог бы стать уважаемым в городе человеком. Частым гостем на приемах важных купцов. Да, в этом новом мире все возможно!
Ольмо посмотрел на беженцев, все еще стоявших лагерем вдоль тракта. Почти половина до сих пор не ушла в лес. Он поручил своим парням распустить слух о том, что остаться рядом с лучниками Думона куда безопаснее: мол, Стрела Чаш сможет оборонять этот мост сколько угодно. Легкая победа повстанцев над латниками Лиги придала словам Ольмо дополнительный вес. На самом же деле он хотел, чтобы как можно больше беженцев оказалось в ловушке. Тогда они продадут куда больше рабов торговцам из ханства.
Направляясь к тракту, он повстречал Сару, крестьянку, которой пришлось оставить свой хутор, располагавшийся где-то в холмах к востоку отсюда. В последние несколько дней он пару раз общался с этой женщиной. Кремень-баба. Некрасивая. Лет на десять старше, чем нужно было Ольмо. Балласт… После битвы она точно очутится на одном из деревьев с повешенными. Как и хромой Ролло, старый работник с ее хутора. Но вот за ее сыновей Адельмо и Флавио работорговцы отвалят немало серебра.
Заметив его взгляд, Сара подошла ближе.
– Быть может, нам уже следует отправляться в путь? – встревоженно спросила она.
Ольмо отмахнулся:
– Пока Думон и его парни стоят на мосту, тут ни один латник не пройдет. – Он указал на запад, где за холмами высились густо поросшие лесом склоны Лунных гор. – Кто знает, что нас там ждет? Какие-то чудовища, которым место только в сказках. Мостовые тролли, великаны, Туманный волк Белой Королевы. Когда мы пойдем туда, лучше, чтобы вооруженные воины были рядом. Я подожду, пока Думон не отойдет от моста. До тех пор я и с места не сдвинусь.
Сара с серьезным видом кивнула:
– Что ж, это хороший совет.
Как Фальче и предполагал, ему удалось найти место, где Милан и этот пресловутый Раинульф, бывший подручный воровки Фелиции, сошли с дороги. Ди Луна последовал их примеру.
На севере в небо взвивались столбы дыма. «Солдатам Николо Тримини не удается грабить все вокруг так быстро, как им хотелось бы… – цинично подумал Фальче. – Наверное, в последние дни войску пришлось несладко. А чего они ждали, отправляя армию из вооруженных ремесленников и купеческих сынков, возомнивших себя рыцарями только потому, что могут купить дорогой доспех, на бой с швертвальдскими стрельцами?» Фальче знал: чтобы мастерски владеть длинным луком, нужно тренироваться всю жизнь. Нельзя останавливаться. Решение стать лучником влияло на жизненный путь воина не меньше, чем изнурительные тренировки на тело. Нужно было упражняться по многу часов в день, чтобы научиться управлять полетом стрелы, учитывать ветер и дождь, предсказывать кривую линию полета стрелы, когда выстрел совершался с большого расстояния. Швертвальдские стрельцы, которых Фальче встречал в своей жизни, были широкоплечими, какими бывают только кузнецы. То были закаленные жизнью мужчины, проводившие в лесу больше времени, чем со своими семьями. Выносливые и ловкие, они продвигались по непроходимым землям куда быстрее, чем войско Николо Тримини по мощеному тракту. И они будут оборонять свой лес до последнего. Лига выиграет эту войну, но ее солдатам придется пролить много крови, прежде чем все завершится.
Фальче снова посмотрел на столбы дыма, уходящие в небо. Ни один здравомыслящий человек туда не пойдет. Там позабыты и закон, и мораль. Конечно, закон и мораль не играли в жизни ди Луна никакой роли, но намного проще быть преступником там, где все остальные придерживаются правил. А тут, среди грабежа и разбоя, его могут подстрелить арбалетным болтом просто потому, что у него есть конь. А может, будет достаточно и того, что под его накидкой спрятан мешок с припасами, а в кошеле на поясе найдется пара медных монет. Нельзя ни на миг терять бдительность, ведь смерть подстерегает его на каждом шагу.
Его кобыла заржала и остановилась, прядя ушами. Фальче выскользнул из седла. Впереди возвышался гребень холма, и ди Луна пока что не видел, что за ним. Но там что-то притаилось… Он опустил ладонь на рукоять изогнутого клинка на поясе. Прикосновение к обернутому кожей эфесу придавало ему уверенности. Вокруг царила необычная тишина. Фальче замер, прислушиваясь. Время шло.
