— Я бы поцеловал тебя, но ты не любишь целоваться на публике. — И принялся за тыквенный пирог.
Янара почувствовала на себе пристальный взгляд. Возле двери стоял человек средних лет, одетый в просторный плащ из сукна и в клетчатый колпак с пером. Аккуратная борода с проседью, выразительное лицо. Встретившись глазами с Янарой, незнакомец поклонился.
— Это мастер Харас, скульптор, — вымолвил Рэн и запил пирог вином. — Он поедет с нами в Фамаль.
— Зачем?
— Скоро начнётся строительство храма Веры. Харас украсит его скульптурами.
— Зверей или людей?
Рэн стряхнул крошки со штанов и налил себе вина:
— Ещё не решил.
— На строительство уйдёт несколько лет. Чем он будет заниматься всё это время?
— Ваять.
Не выдержав взгляда мастера, Янара опустила голову:
— Почему он на меня так смотрит?
— Творческие люди на всех так смотрят. — Рэн подал знак скульптору, и тот удалился. — Ты ничего не ешь.
— Не нагуляла аппетит. Я целый день спала. До сих пор не могу собрать гусей.
— Что это значит?
— Прийти в себя. Собраться с мыслями.
— Смешная фраза.
— Так говорила моя мама.
Допив вино, Рэн поднялся и протянул руку:
— Идём.
Город готовился ко сну. Свет струился из окон и падал на стены домов на противоположной стороне улицы. Внизу царил полумрак, прореженный огоньками фонарей, освещающих двери мастерских. Редкие прохожие не обращали внимания на королевскую чету, поскольку не знали короля и королеву в лицо, но ускоряли шаг, заметив позади них людей, вооружённых мечами. Ношение мечей — привилегия тех, кто входил в сословие сражающихся. Мещане, мастера и ремесленники принадлежали к работающему сословию и имели право использовать для защиты только ножи. Воины в подпитии или в плохом настроении не относились к тем, кого горожане были рады встретить в тёмном переулке.
Обнимая Янару за плечи, Рэн делился с ней планами на весну и лето. Она слушала его тихий голос, и страх просачивался в её кровь. После свадьбы прошло почти четыре месяца. Срок, отведённый для зачатия, неумолимо таял. Поездки Рэна по стране вычеркнут из этого срока ещё полгода. А там и до зимы недалеко. Янара стискивала на груди полы шубы, пыталась рассмотреть под ногами мощённую булыжником дорогу и чувствовала себя деревом, помеченным крестом. Такие знаки лесники ставят для лесорубов.
— Замёрзла?
— Нет, — ответила Янара, безуспешно стараясь успокоиться.
— Но ты дрожишь. Идём обратно. — Рэн прижал её к себе и, сам того не ведая, посыпал рану солью. — Я бы напоил тебя горячим вином с мёдом и специями, сразу бы согрелась. Но не хочу рисковать. Вдруг ты носишь моего наследника?
Утром их разбудил стук в дверь. Янара встревожилась: уединения королевской четы никто не смел нарушать. Сэр Ардий доложил, что в корчму явились старшие мастера цехов. Они желают увидеть короля и королеву и преподнести им подарки.
Застёгивая рубашку, Рэн подошёл к окну и присвистнул:
— Янара! Иди посмотри.
Она приблизилась к мужу. На Гостевой площади стояли несколько гружёных телег.
В общем зале слуги отодвинули к стенам столы и скамейки, установили возле камина два кресла. Утро было солнечным, но хозяин велел принести шандалы и зажечь все свечи.
При виде короля и королевы мастера отвесили низкий поклон. Люди оделись по-праздничному: в новые тулупы и кафтаны на меху. Каждый сжимал в руках колпак, украшенный пером. На шеях висели медальоны с гербами семейных династий.
Цех оружейных мастеров преподнёс королю меч с золотой рукоятью, королеве — серебряный нож для резки бумаг. Цех ткачей подарил несколько рулонов шёлка, бархата, шерсти… Цех парфюмеров — ящичек с десятком разноцветных флаконов. Цех ковроделов — три толстых пушистых ковра. Как признался Рэн, именно эти ковры он облюбовал, но не смог выбрать цвет.
Когда перед креслами поставили какой-то прямоугольный предмет, завёрнутый в телячьи шкуры, Рэн прищурился:
— Неужели это то, что я думаю?
Подмастерья развязали верёвки, убрали шкуры. Янара уставилась на своё отражение в зеркале. Подошла ближе, провела пальцами по гладкой поверхности. Стряхнула с плеча пушинку:
— Невероятно!
Мастер расплылся в улыбке:
— Секрет изготовления придумали не мы. Его привёз из-за моря наш товарищ. Это наше первое зеркало. Мы спорили всю ночь: подарить его сейчас или подождать, когда мы сделаем зеркало совершенным. Решили подарить. Если вдруг треснет или почернеет, не волнуйтесь, мы привезём новое.
Подмастерья вносили в зал дары города. Мастера нахваливали свои работы. А Янара тайком посматривала на Рэна и замечала, как углубляются морщинки на его переносице.
Кто-то из присутствующих закрыл двери зала и тем самым дал понять, что рог изобилия иссяк. Мастера обменялись взглядами и расступились, пропуская вперёд человека крепкого телосложения.
