– Будь она правильной, ничего подобного тут точно бы не выросло, – сказал Жон, похлопав по еще одному кристаллу. – И они именно растут. Я лично видел, как один такой пробился сквозь почву.
– М-может быть, его просто вытеснило подземным давлением?
– Тогда они не увеличивались бы в размерах и не давали бы отростки.
На это у Вайсс уже не нашлось ответа, так что она промолчала, настороженно глядя на эти самые кристаллы, а потом и вовсе отодвинулась от них подальше и встала рядом с Эмеральд.
– То есть они все-таки живые? – спросил Рен.
– Вряд ли. Для того, чтобы расти в размерах, совсем не обязательно быть живым существом. Они могут просто формировать новые слои или делать что-нибудь еще в том же духе. Мама частенько посылает Гриммов, чтобы те их уничтожили. Ну, то есть ‘подрезали’, как она обычно это называет. Иначе они уже давным-давно заполонили бы всю башню.
– Что-то мне уже не по себе, – пробормотала Янг, обхватив себя руками. – Предупреждаю сразу: если я сейчас обернусь и обнаружу, что кристалл ко мне хоть немного придвинулся, то закричу.
К счастью, ничего подобного не произошло. Кристаллы оставались на своих местах и совсем не собирались устраивать Янг сцену из какого-нибудь фильма ужасов.
– Ладно, позабудем на секунду о всяком там идиотизме, – сказала Вайсс. – Я просто не могу для себя решить, как к этому вообще относиться. Вопреки всему тому, что нам известно о Прахе… признаю, это не так уж и много. Но вопреки всем нашим познаниям, они растут, и именно в этом месте данный процесс протекает с наибольшей скоростью, так? Это просто такой географический феномен или же тут существует какая-то другая причина?
– Понятия не имею, – пожал плечами Жон. – Но в Вейле мне ничего подобного не встречалось.
– Потому что ничего подобного там просто нет. Лично я с такими кристаллами вообще сталкиваюсь впервые.
– Итак, мы выяснили, что по какой-то неведомой нам причине их бурный рост наблюдается только здесь, – произнес Рен. – Весь вопрос теперь заключается лишь в этой самой причине. Может она быть как-то связана с Гриммами?
– Их тела после смерти превращаются в Прах? – предположила Нора.
– Вряд ли. Что-то я сильно сомневаюсь в том, что они здесь очень часто умирают. В конце концов, на них тут даже никто не охотится, – сказал Рен, посмотрев на Жона и получив от того подтверждение в виде кивка. Разумеется, Гриммы могли погибнуть, например, упав со скалы, но такие случаи происходили крайне редко, чтобы объяснить ими подобное явление. – Весьма любопытно. Мы практически ничего не знаем о Прахе, хотя используем его каждый день. Одни утверждают, что он рано или поздно закончится, в то время как другие говорят о том, что существует некий механизм его восполнения.
– Возможно, – еще раз пожал плечами Жон. – Но лично я не считаю этот вопрос таким уж важным.
– Ты что, шутишь? – удивленно спросил Сан. – Я имею в виду, что ты хоть понимаешь, возле какой кучи богатств мы сейчас стоим? И они уж точно ни капельки не помешают, когда тебе потребуется договариваться с людьми. Например, о том же мире.
– Сан прав, – кивнула Блейк. – Ничем не подкрепленные договоры весьма ненадежны. ПКШ в свое время просто подкупили всех и поменяли законы о труде, чтобы ничто не мешало им эксплуатировать фавнов.
– И это будет тотчас исправлено, как только я встану во главе компании, – буркнула Вайсс.
– Знаю и ни в чем тебя не виню. Я просто привожу пример того, как деньги смогли изменить отношение к целому виду. Скорее всего, они помогут и в установлении мира с Гриммами.
Жон вздохнул.
– Вам не кажется, что людям для этого вполне хватит и того, что Гриммы перестанут их убивать?
– Как уже было сказано, люди могут быть просто невероятно тупыми. Кое-кто из них пожелает мести, пусть даже она приведет лишь к продолжению и без того бесконечной войны. Они с легкостью убедят себя в том, что тут нет их вины. Что за всё плохое несете ответственность именно ты, твоя мать и сестры, так что вас просто необходимо уничтожить. То же самое когда-то произошло и с Белым Клыком – желание наладить диалог воспринималось лишь как слабость. А нежелание, как мы все прекрасно видели, приводит к всё новым и новым жертвам.
– Атлас мог посчитать, что рано или поздно справится с Белым Клыком, но с Гриммами всё обстоит несколько иначе, – заметила Илия.
– Да, но это вовсе не означает, что они примут именно нужное нам решение. Как бы странно это ни звучало, но наличие настолько огромного запаса Праха само по себе способно убедить людей начать с нами договариваться.
– Мне казалось, что счастье за деньги не купишь, – пробормотала Руби.
– Не купишь. Но зато можно получить уверенность в завтрашнем дне, что снизит стресс и позволит просто радоваться жизни, – ответила ей Вайсс. – Как бы то ни было, это глупый спор. Говорят, что счастливым человека делает время, проведенное вместе с друзьями. Но вы ведь даже не сможете никуда сходить, если у вас нет денег. Так что это просто философское изречение, совсем не рассчитанное на то, что кто-то станет его применять в реальной жизни.
Она перевела взгляд на Жона.
