Белая вода полностью

Были у нее неприятные предчувствия, но их вежливость ее полностью обезоружила. Во времена службы на Тихом океане ей приходилось такими же непринужденными словами усыплять бдительность контрабандистов, чтобы они позволили взойти к себе на борт. Она умела быть одновременно и настойчивой, и обезоруживающей. Честно говоря, она предпочла бы прямые угрозы, а если надо – стрельбу по этим проклятым лодкам. Но контрабандисты, как правило, были вооружены лучше, чем средний катер береговой охраны, и пришлось научиться действовать хитростью.

К тому же эти ребята – канадцы. Из всех морских держав последняя, с которой они хотели бы затеять свару, – это США.

Канадское патрульное судно ткнулось в борт «Каюги», и между судами перебросили трап. На борт взошли три канадских рыбных инспектора, улыбаясь уже по-другому, и объявили, что «Каюга» арестована именем королевы.

– Так все же из-за подводной лодки? – спросила Сэнди с напряжением в голосе.

– Про это я ничего не знаю, – ответил капитан, – но это судно пойдет в Сент-Джонс.

Он произнес это как «Сент-Джанс», и Сэнди пришлось подавить острое желание двинуть капитана по его вежливой заднице.

– Мы находимся в международных водах, – резко заявила она, решив не сдаваться.

Капитан изобразил, что пристально смотрит на серый и рябой океан.

– О, я уверен, что вы ошибаетесь. На моей карте точно указано, что это территориальные воды Канады. Вы нарушили наши границы, а поэтому должны отправиться с нами в порт для тщательного досмотра.

– По закону вы не имеете полномочий досматривать американское судно! – вспылила Сэнди.

– Почему бы нам не оставить этот вопрос ведомствам, которым положено следить за исполнением законов? – спокойно отреагировал капитан.

Сэнди Хекман опустила руку к кобуре с револьвером, но не успела коснуться застежки, как мимо ее левого бедра просвистела пуля.

На палубе канадского судна дымился ствол М-16. За ним виднелось застывшее лицо, и на Сэнди глядели два глаза и черный зрачок дула.

Сэнди опустила руку с кобуры, и рука, чуть дрожа, беспомощно повисла.

– Ладно, веселитесь. Но знайте, что платить придется чертовски дорого.

Ее голос скрежетал, как пустые ракушки, перемалываемые прибоем.

– Будьте так любезны приказать своему экипажу перейти на наше судно. Я позабочусь о том, чтобы ваш катер прибыл в Сент-Джонс в целости и сохранности.

– Ладно, – буркнула Сэнди, поворачиваясь к ждущим ее команды членам экипажа. – Меня не вышибут из береговой охраны за потерю корабля сильнее, чем за канадскую подводную лодку.

Экипаж не разделял ее невозмутимости. У людей был встревоженный вид.

Переход экипажа был осуществлен с профессиональной четкостью. Трап убрали.

Канадское патрульное судно загромыхало на север к Ньюфаундленду, таща на буксире «Каюгу».

Во всей этой истории было одно светлое пятно – канадцы принесли дрожащим от холода пленникам по бумажному стаканчику очень крепкого и очень горячего чая.

Вообще чертовски вежливый был народ. Для пиратов.

На борту самолета «Эр Канада» Римо в который раз уже просил стюардессу принести воды.

– Одну минутку, сэр.

– Пожалуйста, подождите своей очереди, сэр.

– Мы уже подходим к вашему ряду.

А одна стюардесса вообще напрочь игнорировала его.

– Разве не классно? – спросил Римо Чиуна.

– Так ты никогда не получишь воды.

– Какая разница? Теперь я могу летать спокойно.

– Твое дыхание пахнет падалью.

– Я только один раз откусил.

Когда тележка стюардессы наконец приблизилась к ним, где-то над штатом Мэн, Римо показал завернутый в бумагу кусок акулы и спросил стюардессу, не согласится ли она сунуть это в микроволновую печь.

– Поджаривать не надо, только разогреть. Акулье мясо я люблю сырым, – сказал он.

– Сожалею, сэр, но инструкции нашей авиакомпании запрещают нам готовить еду, которая не входит в наш рацион.

– Прошу вас, – настаивал Римо.

Голос стюардессы стал жестким, как ее крахмальная наколка.

– Мне очень жаль, но ничем не могу помочь. Вы будете есть курицу или рыбу?

– А какая у вас рыба? – оживился Чиун.

– Скрод.

– Скрод – это треска или пикша? – вслух поинтересовался Римо. Та посмотрела на него, как на идиота.

– Скрод – это скрод.

– Я буду есть палтуса, – заявил Чиун.

Стюардесса посмотрела на него, не поняв:

– Палтуса?

Из рукава своего кимоно мастер Синанджу достал аккуратный сверток филе палтуса.

Стюардесса взяла его с улыбкой и сказала:

– Буду счастлива вам помочь, сэр.

– Почему это он может пользоваться особыми услугами, а я нет? – захотел знать Римо.

– Скрод или курица? – переспросила стюардесса, игнорируя его вопрос.

– Скрод, – ответил Римо, складывая худые руки с видом покорности судьбе.

– Мне тоже скрод, поскольку он бесплатный, – предупредил Чиун. – Но проследите, чтобы не пересушить палтуса.

– Разумеется, сэр, – сказала улыбающаяся стюардесса.

Скрода подали с отварным картофелем и поджаренной кукурузой. Картофель по размеру был чуть больше винограда «Конкорд», а кукурузы было мало, и она была бледной. Римо и Чиун гарнира не тронули, а осторожно попробовали скрода, не зная, что это такое.

– На вкус – треска, – заметил Римо.

– А моя чем-то похожа на пикшу, – сказал Чиун.