В августе 1432 года Свидригайло отправился из Вильны в Берестье, где должна была состояться встреча с Владиславом Ягайло. В ночь на 1 сентября во время ночевки в Ошмянах на него было совершено покушение. Свидригайло удалось бежать в Полоцк.
Нет никаких сомнений в том, что государственный переворот в Великом княжестве совершался с ведома (а стало быть, и с согласия) польского короля. Сразу же после неудачного покушения Сигизмунд Кейстутович отправил к Владиславу Ягайло в Краков, тогдашнюю столицу Польши, посла с просьбой утвердить его великим князем. 15 октября 1432 года в Городно краковский епископ Збигнев Олесницкий от имени своего короля провозгласил Сигизмунда великим князем Литовским и вручил ему меч – символ справедливости. Таким образом в Литве появился второй великий князь и государство раскололось на две части – в Вильно, Ковно, Троках, Жемайтии и Городне правил Сигизмунд, а в Полоцкой, Витебской, Киевской, Северской, Смоленской, Волынской землях и в Восточном Подолье – Свидригайло. Началась гражданская война. Сигизмунда поддерживали Польша и Ватикан, а Свидригайло – тевтоны с ливонцами, молдавский господарь и тверской князь Борис Александрович.
Для того чтобы отвлечь от Свидригайло часть его сторонников, польский король в 1432 издал привилей[41], согласно которому православные феодалы уравнивались в правах с феодалами-католиками. В 1434 году аналогичный акт издал Сигизмунд Кейстутович. Дискриминация не исчезла полностью (на государственные должности преимущественно назначались католики), но была существенно ослаблена. Свидригайло сыграл на руку своим противникам, выдвинув утопическую идею церковной унии – объединения католической и православной церквей. С помощью этой идеи Свидригайло явно хотел привлечь к себе католиков, но вышло наоборот – он оттолкнул от себя часть православных сторонников.
Война между великими князьями шла с переменным успехом, но изначально было ясно, что в ней победит Сигизмунд Кейстутович, поддерживаемый Польшей и Ватиканом. К концу 1438 года его войска взяли под свой контроль всю территорию Великого княжества Литовского. Свидригайло попробовал было сохранить за собой часть владений, под обещание перехода их к польской короне после его смерти. На первый взгляд предложение было заманчивым, поскольку наследников у Свидригайло не было, но король Владислав III (Владислав Ягайло умер в 1434 году) не захотел портить отношения с Сигизмундом Кейстутовичем и отклонил это предложение.
«В лето шесть тысяч девятьсот сорок восьмое правил великий князь Сигизмунд в Вильно и в Троках, – говорится в “Хронике Быховца”, – и во всех землях русских и литовских, и жемайтских, и совершал большие жестокости в отношении своих подданных, особенно над шляхетским сословием, хватал их и совершал над ними страшные жестокости, карал их невинно, убивал и мучил их так, как только мог придумать, и поступал так со всеми князьями и панятами и со всем шляхетским сословием всех земель литовских, русских и жемайтских. И был в отношении того шляхетского сословия очень жесток, и всеми этими своими злыми поступками он равнялся Антиоху Сирийскому и Ироду Иерусалимскому и предку своему великому князю Литовскому Тройдену[42], который совершал различные страшные жестокости в отношении земель польских и русских. И те подданные его, вся шляхта, терпели это как от своего господина верные рабы, и ничего злого против него не предпринимали и не замышляли. И он окаянный князь великий Сигизмунд не насытил злобы своей и мыслил в сердце своем по дьявольскому наущению, как бы погубить все шляхетское сословие и пролить его кровь и поднять мужичье сословие, собачью кровь. Прежде всего он захватил двоих князей, своих близких родственников, намереваясь их казнить: князя Юрия Лингвеньевича и князя Олелька Владимировича, и посадил князя Юрия Лингвеньевича в меньшем замке Трокском, а князя Олелька в Кернове, а княгиню его с двумя сыновьями, с Семеном и с Михаилом, в Утянах, и еще, считая, что этого недостаточно, в заключение своего злого умысла решил созвать великий сейм и на том сейме уничтожить и искоренить всю шляхту и вознести мужичье сословие. И написал окаянный грамоты своим властям по всем своим землям Великого княжества, княжатам и панятам и всей шляхте, приказывая, чтобы все ехали на сейм, для решения земских дел; а злобу свою утаил, что против них замыслил».
Ну прямо мороз по коже, не так ли? Так и хочется повернуть время вспять и вернуть великокняжеский престол Свидригайло Ольгердовичу, который тоже был норовом крут, но не до такой же степени!
