— Ну вот, а ты мне чуть глаз не выбил, — хихикнула Дара и лизнула его в нос.
— Ага, тебе выбьешь, — засмеялся грызь, — Скорее сам останешься без.
Однако им ещё предстояло перетаскивать тачтанке через все степи и пустыню. Как цокали знающие, пройти через степи не вопрос, вот с пустыней всё сложнее — переться по барханам можно только налегке, а любые тележки провозили по солончакам, где засоленная почва превращалась в твёрдое покрытие. Грызи тянули телегу с утра, потом основательно отдыхали и снова тянули до вечера, двигаясь неплохим шагом; в таком режиме успевали отдохнуть за ночь, кроме того пуши-то подобрались сплошь натасканные и здоровые. Ориентировку осуществляли в основном по карте, даденной одним из грызей в Пропушилово, и спрашивали направление у местных. Местные белки, песчанники, отличались от рыже-серых таёжников светло-бежевой в чёрную полоску окраской и отсутствием заметных кисточек на ушах. Жили они как правило в довольно глубоких землянках, утеплённых сеном; сверху их гнёзда выглядели просто как большие норы. Грызниц они не делали, так как в степях чаще всего была хорошая погода, а дожди редкость. Не меньшей редкостью сдесь были и отряды пропушиловцев, так что песчанники смотрели довольно таки круглыми глазами.
Пожалуй самым изматывающим для грызей была не жара и не надобность толкать телегу, а постоянное присутствие множества пушей; от этого создавалось впечатление стада и хотелось немедленно отсюда выбраться. Вдобавок если ветер был попутный, грызей захлёстывало поднятым шлейфом пыли, так что приходилось закрывать глаза, а на зубах скрипел песок. Только на привалах появлялась возможность разойтись подальше и не мозолить друг другу уши.
— Песок, — произнесла Дара, пересыпая песок лапкой.
— Да уж, этого добра тут навалом, — согласился Хем, и ещё потянув, цокнул что хотел, — Дара, я хотел бы чтобы ты была моей согрызуньей.
Та округлила глаза и повела ушами, казалось сильно удивившись.
— Хем, я же наполовину песчанник.
— Ну и что? — пожал плечами грызь.
— Ты не знаешь? — посмотрела на него Дара, — У полупесчанников не может быть потомства.
— Ну и опять что?
— Как что, — смутилась белка, — Тебе же нужна, как цокнуть, самка?
Хем некоторое время смотрел на неё, потом сгрёб в объятья и крепко прижал к себе.
— Дара, мне нужна не самка, а ты, только ты, — прошептал он в пушистое ушко, — Да будь ты семь раз полупесчанником…
— Грызо, — потёрлась об него Дара.
— Самое счастливое грызо в мире, — уточнил Хем.
Самому счастливому грызо в мире, вместе с его согрызуньей, предстояло ещё…
— Пойдёте вперёд через пустыню, — цокал Ришт, — Потому что если появится опасность, нам надо знать об этом задолго.
— Как мы вам сообщим? — резонно спросил Хем.
— Подожжёшь стрелу и пустишь повыше. Вы должны быть на ночной переход впереди нас, грызо, чтобы видеть что там свободно. Будем переходить ночью, когда обезы не ходят.
— А рвачи? Волки, огромные куры, не знаю что ещё?
— Попуху. От них спокойно отмахаемся влапную, а вот крупная стая обезов требует укрепления.
— Отмахаемся, — потёрла когти Дара, и поправила на плече косу.
Косами наподобие той что у неё пользовались степные грызи, потому как оружие сие отличалось большой длинной ручки, и использовать его можно было только на открытом месте; коса имела железное лезвие, и ею можно было как полоснуть, так и ткнуть, как копьём. Любая рвача, попытавшаяся напасть на грызя с такой штукой, враз останется без передних лап. Однако большая стая животных с мозгом чуть побольше чем у курицы всегда сможет взять на измор, и многохвостие не хотело попадать в такую ловушку. Благо, в пустыне было очень далеко видно, если залезть на бархан, и обнаружить чёрных обезов можно было за много килошагов. Хем и Дара шли далеко друг от друга, чтобы видеть больше, только к ночи собираясь в одно место. К счастью белка прекрасно знала местную фауну, иначе не миновать Хему змей и скорпионов — они тут конечно отнюдь не кишели, встречались весьма редко, но если не знать, этой встречи хватит. Помимо этих ползучих, по пескам бегали некие зверьки, похожие на тощих волков, и громко тявкали по ночам, мешая сурковать. Впрочем Хем не особенно дрых, находясь настороже в незнакомой обстановке — раньше столько песка он никогда не видел, а тут до горизонта был только песок, кучами, холмами! Звёзды и то как-то изменились, хотя грызь не наблюдал их слишком внимательно и не смог бы цокнуть, как именно. Откровенно цокая, в пустыне кроме как на звёзды, посмотреть было не на что, на то она и пустыня. Ну и конечно, Хем частенько заглядывался на белочку.
