Непохож был этот Барнс на предателя. Скорее, действительно на машину. До ужаса уставшую от своей работы машину, которой давно надо было умереть, но ее все использовали и использовали, не заботясь о сохранности шестеренок. Только реставрируя корпус время от времени, чтобы работодателей своим видом не сильно пугал.
Уничтожить Барнса — значит, подарить ему долгожданное облегчение. А это будет слишком просто для человека, у которого кровь стольких невинных людей на руках. Но простить его — увольте. Тони не Мать Тереза, всепрощением к врагам не страдает. Пусть этим Роджерс занимается… Собственно, именно этим он сейчас и занимается, лицемер чертов!
Глубоко вздохнув, Тони положил свои руки на ладошки ведьмы, прижимая их покрепче. Ее присутствие рядом успокаивало.
— Как бы ты поступила на моем месте?
— Я не на твоем месте, — качнула головой девушка. — Лишь была в похожей ситуации.
Мужчина открыл глаза, внимательно на нее уставившись. Эту историю она еще не рассказывала.
— Том Реддл убил моих родителей, — отрешенное выражение лица и спокойный голос никак не сочетались со смыслом предложения.
— Прости, что? Том Реддл? Тот самый Реддл, который вел тебя к алтарю? Который полчаса шипел мне в уши, что если я обижу тебя, он без промедления прикопает меня где-нибудь в лесочке? Убил твоих родителей?!
— Да, — кивнул она.
— …
Правильно истолковав его молчание, ведьма принялась объяснять подробнее:
— Он тогда был не в своем уме. Крыша основательно протекала. Плюс, мои родители поступили не очень благоразумно: вопреки чувству самосохранения и здравому смыслу оставшись в охваченной войной стране с ребенком на руках. Он несколько раз пытался убить меня. Сначала в младенчестве, потом на первом курсе школы…
— И ты… простила его? — неверяще прошептал Тони.
— Да.
— КАК?
Ри отвела взгляд, ненадолго задумавшись.
— На тот момент он действительно ничего не соображал. Это был даже не он, а просто физическая оболочка, у которой остались только базовые инстинкты и навязчивое стремление убивать. Когда Реддлу вправили мозги, он сам был не в восторге от того, что натворил в прошлом. Да и… немаловажным фактором стало то, что я практически не помню Лили и Джеймса. После года меня воспитывали тетя Петуния и дядя Вернон. Это не значит, что мне было легко простить его, но…
Девушка ненадолго прервалась, переводя дыхание:
— Я это сделала. И я не жалею. Мы оказались связаны магией и из-за сложившихся обстоятельств он просто обязан был заботиться обо мне. Сначала чисто формально, потом — по желанию. Как по мне, это лучшая плата за то, что он натворил в прошлом.
— Я не смогу…
Простить Барнса. Это невозможно!
— Я и не прошу, — мягко улыбнулась Ри. — Говорю же, ситуация просто похожая.
— Тогда что мне делать? — невесело усмехнулся Старк.
— А что бы ты хотел? — взглянула на него своими нереально-зелеными глазами ведьма.
Тони неопределенно пожал плечами.
На несколько минут в комнате воцарилось молчание.
— Он не лгал, что не контролировал свои действия? — снова заговорил мужчина, имея в виду Барнса.
— У магов есть заклинание, способное подчинить человека собственной воле. Он будет все видеть, чувствовать… но подчиняться приказам, какими бы они ни были. Вырезать собственную семью, украсть драгоценность, предать — неважно. Думаю, у спецслужб простых людей тоже есть что-то подобное.
— Техника гипноза?
— Или ему просто настолько выжгли мозги, что он и человеком себя осознавать перестал, — предположила Ри. — Он ведь говорил, что практически не помнит, что делал. Да и заморозки эти… Ничего хорошего для организма и мозга в частности. Подозреваю, если б не укрепленное экспериментами ГИДРЫ тело, он бы давно погиб.
— Как узнать со стопроцентной точностью, что он действительно действовал по принуждению?
Ведьма серьезно на него посмотрела.
При рассказе Барнса присутствовала Стэфани. Собственно, она же его и инициировала. Стэф не стала бы лгать, и суперсолдатам не позволила. Значит, словам Баки можно верить.
Вот только для Тони это не аргумент.
— Только залезть ему в голову и посмотреть, как все было на самом деле, — наконец ответила ведьма.
— Ты сможешь это сделать? — прямо спросил Старк.
— Я не очень хороша в легилименции, — уклончиво ответила Ри.
— Так ты можешь?
Девушка прикусила щеку изнутри.
Она искренне ненавидела заклинания, влияющие на сознание человека. Особенно, если эти заклинания применялись без супер-веской нужды и против воли испытуемого. Залезть в чужую голову, вороша все грязные, потаенные мысли человека, его страхи и сомнения… противно. И меньше всего на свете, ей хотелось бы этим заниматься.
— Могу, — кивнула ведьма.
Но никому другому Тони просто не поверит.
***
Баки просьбу-требование показать свои воспоминания принял без возражений. Лишь уточнил, что именно от него требуется и сколько времени займет. Старку от такой покорности даже неловко стало. На секунду.
Ри действовала спокойно и обстоятельно. Все эмоции были загнаны внутрь и заперты на замки. При сеансе легилименции они лишние.
— Инструкции? — спросил Барнс.
