На улице снуют люди. Хоть город и немногочисленный, но это не значит, что пустой. Вот идёт пара, за ними ещё одна, дальше группа смеющихся студентов, после активно разговаривающие женщины с корзинами. Создаётся ощущение многолюдности. Всегда можно увидеть прохожих, по крайней мере, на главной улице. Что примечательно, не видно карет, повозок, лошадей в целом. По закону этого княжества лошадей не впускают в город, все перевозки внутри города осуществляются с помощью телеги и человеческой силы. В Пилане лошадей можно встретить только за городом, на предприятии, например, на лесозаготовках.
Вермир остановился, посмотрел на вывеску с надписью "Синяя птица" и соответствующим рисунком. В груди потеплело, он ностальгически улыбнулся. Из таверны доносятся шум, смех, разговоры, превратившиеся в комок непонятных слов. Таверна двухэтажная, но первый этаж расположен в подвале. Вермир спустился по каменной лестнице, дверь открылась, из таверны вышли два шатающихся мужика, о чём-то разговаривая. Один упал на лестницу и потянул за собой товарища. Вермир усмехнулся и прошёл внутрь.
Все столы забиты людьми до отказа, как и едой и выпивкой, одинокие посетители выпивают за достаточно длинной стойкой. Света от двух маленьких окон не хватает, поэтому в углах свечи, накрытые усиливающим колпаком, а в центре люстра с пятью такими же свечами.
Вермир присмотрел свободное место за стойкой, сумки поставил под ноги. Здоровый лысый мужик в заляпанном фартуке протирает стойку, добавляет выпивку, разговаривает с посетителями. У него круглое лицо, на лбу чёрточка, а нос похож на грушу.
-- Воды, -- сухо сказал Вермир.
Мужик мельком глянул на Вермира, машинально протёр стойку и, взяв бокал, отвернулся.
-- Скажите, а звезда ещё ярка? -- спросил Вермир, криво улыбаясь.
Мужик резко повернулся с полупустым стаканом в руках и испуганными глазами, а вода падает на пол.
-- Вермир? -- удивлённо спросил мужик и выпил воды.
Это их фраза. Когда кто-нибудь из них грустил, второй подходил и говорил: "звезда ещё ярка?". Это служило сигналом, что не стоит сдаваться. Под звездой они подразумевали себя, не тело, а ментальную часть, и если звезда не погасла, если она освещает вокруг себя на миллионы лет, то всё будет хорошо, не смотря на трудности. Они дружили, хотя разница в возрасте почти десять лет.
-- Здравствуй, Нелд, -- сказал Вермир, протягивая руку.
Нелд закрыл кран и поставил стакан. Он пожал руку крепко, тщательно качая и всматриваясь в глаза друга.
-- А ты стал красивее.
-- Да-а, раньше я был уродом, -- сказал Вермир, смеясь.
-- Ты давно приехал?
-- Сегодня, утром.
-- Ты уже знаешь?
-- Об отце? -- спросил Вермир и горько вздохнул, посмотрел в сторону. -- Да. Как это случилось?
-- Точно не могу сказать. Говорят, сердце.
-- Давно?
-- Неделю назад, -- Нелд попытался встретиться глазами с Вермиром, но тот их опустил. -- Он был хорошим человеком, все это знали.
-- Да-а-а-а, -- протянул Вермир.
-- Если честно, не думал, что смогу увидеть тебя.
-- Было место, попросился.
-- Это большая удача.
-- Наверное, -- прошептал Вермир, но тут же вернул голос. -- А ты всё держишь таверну? Как успехи?
-- Ну, неплохие, -- сказал Нелд, взяв тряпку и начав яростно оттирать пятно на стойке. -- Народ есть, постоянные клиенты есть, частенько снимают комнаты. Семью прокормить хватает. Кстати! -- вскрикнул он и ударил себя по лбу тряпкой. -- Совсем забыл сказать, я же стал отцом!
За столом у стены разгорелась ссора. Мужчины не поделили женщину. Один, довольно крупный и мускулистый, врезал другому, худому с узкими плечами, так, что тот перелетел через стол. Остальные из этой кампании вскочили и начали кричать друг на друга, искать правоту. Женщина, из-за которой всё началось, отошла в сторону и смотрела на, возможно, неоконченную драку.
Вермир встал и направился к буянам.
-- Не стоит, -- сказал Нелд, слабо улыбаясь.
Вермир обернулся.
-- Это же твоё заведение. Неужели ты допустишь здесь такое? -- сказал он, не веря, что Нелд это терпит.
-- Вот дерьмо, -- прошептал Нелд, смотря в удаляющуюся спину другу.
Когда Вермир близко подошёл, то невзначай заметил лицо женщины и остановился, по спине пробежали мурашки, сморщивая кожу, а по волосам будто пропустили разряд тока.
-- Дора... -- ошеломлённо сказал он.
Женщина вскинула голову, её глаза расширились до предела. Из одежды на ней только потёртый сарафан, а внешне напоминает плетёного человечка. Худые, как спички, руки, маленькое лицо с остреньким подбородком, длинные кудрявые рыжие волосы засалены, кожа обветренная, местами потрескалась, на коротком носике бугорок, видимо, был сломан, губы сухие, бледно-розовые.
За секунду в голове Вермира пронеслись десятки воспоминаний, как они гуляли, смеялись, говорили обо всём, о чём можно и нельзя, целовались, как держа за руку и проникновенно смотря в глаза, говорил, что найдёт её.
Крупный посмотрел на Вермира с опаской, но через мгновение агрессивно выставил голову вперёд, а кулаки сжал.
-- Чё те надо? -- сипло сказал он. -- Чё ты на неё смотришь? Это моя баба!
