Дверь с жутким скрипом отворилась, и в проеме показалась тоненькая девчушка, на вид не старше Ники, с тусклыми волосами, растрепавшимися под платком, в переднике и с пятнами сажи на лице и одежде. Закрепив дверь, Люция выволокла поднос на колесах с чугунными чашками. Кротко улыбнувшись Миккае, девушка юркнула обратно и через минуту вернулась, едва удерживая в руках огромный чайник, плюющийся горячей водой.
Ника так и не смогла объяснить, зачем так поступила, но, увидев, как ей тяжело, поспешила на помощь: схватила чайник за ручки и водрузила на ступеньки ближайшего дома. Собравшиеся недоуменно уставились на нее. Ника и не подумала, как это выглядело со стороны, ведь вес этого чайника был для нее сущим пустяком, хотя Люция, будучи немного крупнее ее, едва шевелила ногами, пытаясь донести громадную посудину.
Тамар и Миккая обменялись взглядами, и ведьма кивком отозвала старуху в сторону на разговор. Люция разлила воду по чашкам, затем достала из кармана фартука сухие веточки и положила каждому по одной. В нос ударил запах гнили.
– Это ничего, – девушка криво улыбнулась Нике. – Обычный чай, просто мы его на болоте собираем. В этом году вода сошла раньше, и пришлось уже старый брать, вот он и подгнил немного…
Поблагодарив Люцию, Ника отошла к Асури. Ведьма попивала воду с гнилой травой, посматривая в сторону Миккаи.
– И что мы тут вообще делаем? – спросила Ника.
– Обычное дело: заберем кровь и уедем.
– Какую еще кровь?
Асури картинно закатила глаза и с неохотой сказала:
– Севвар крысы одолевают. Вот с тех самых пор, как озера высохли, эти жирные твари как будто из ада вылезли и теперь пожирают их запасы. Сама видишь, в каком состоянии амбар, – ведьма кивнула на развалюху, из которой появилась Люция. – Тао и его несносные кровососы наведываются сюда пару раз в год и охотятся на крыс, а взамен севвары передают им свою кровь.
Ника невольно открыла рот. Вампиры? Черт возьми! Нет, она слышала о них уже много раз, но относилась как к байке, части ушедшей истории, о которой никто, кроме ведьм, не говорил. Да и Алекс еще в школе заверил, что они давно вымерли…
Когда с чаем было покончено, Миккая и Тамар вернулись к группе, и старуха с большим интересом посмотрела на Нику. Что такого наговорила ей ведьма?
Приказав разыгравшимся Сере и Баннике ждать их у ворот, Тамар велела самым крепким мужчинам занести пустые банки в амбар и наполнить их «товаром». Они относились к сделке с вампирами как к бизнесу, с ума сойти! Не веря своим глазам, Ника следила за тем, как мужчины таскали к грузовику банки, наполненные до краев багровой жидкостью, и никак не могла понять, откуда эти чахлые, недоедающие люди взяли кровь.
Когда работа была сделана и ведьмы, попрощавшись с Тамар, забрались в грузовик, маленькая Сера внезапно схватила Нику за руку и с жаром прошептала:
– Ты такая красивая! Красивее, чем моя кукла! Приедешь к нам завтра?
Ника растерялась.
– Приезжай, – усмехнулась Тамар, оттаскивая внучку, – если не брезгуешь нашим бытом.
И Ника приехала. Сначала в сопровождении Миккаи, потом приходила одна. Утром или вечером, иногда задерживаясь на целый день. Тамар приглашала ее разделить с ними трапезу. Ника даже привыкла пить горячую воду с гнилыми травами, которую они упорно называли чаем, и никогда не забывала захватить с собой пару булочек и свежие овощи. Тамар не одобряла ее порывов, но Ника ухитрялась тайком передавать их Сере, и всякий раз они обменивались заговорщическими улыбками.
Сера имела небольшой дефект речи и порой не выговаривала некоторые согласные. А еще сзади на шее у нее было небольшое родимое пятно в виде кляксы. Как-то Тамар по секрету поведала Нике, что такое же пятно было у матери девочки.
– Она мне неродная по крови. Внучка упокоившейся подруги. Умерла она пять лет назад. Странно вообще это, ведь ее бабка была ведьмой.
– А разве ведьмы умирают?
– Да дура она была, хоть и любила я ее, эту Эллу. Мать Серы, Клема, гулящая девка, родила бедняжку да и оставила на попечение старухи, а сама как сквозь землю провалилась. А Элла в отместку отказалась от ведьмовства. Уж не знаю, как они это делают, черти, но стоило ей перестать пользоваться силой, как она стала чахнуть на глазах.
– А ведьмы разве не должны жить в Морабате?
– Нет такого правила. У нас тут сколько таких было! Возьми Фрею. Знаешь такую? Она же из севвар. Первая аликуат среди нас. Мы так гордились! Миккая сразу ее под свое крылышко взяла и, когда девчонка повзрослела, убедила переселиться в клан.
– А что мать Серы? Она ведьма?
– Была, да. Если б не гуляла так, может, чего путного из нее бы и получилось. Она же тогда… – Тамар запнулась и как-то странно взглянула на Нику. – О чем это я… Да поговаривают, она крутила шашни с самим Гидеоном Рафусом.
– Не может быть! Неужели кто-то знает, как его найти?
– Видимо, знает. Ушлая она была. Говорят, что даже ребенка от него родила.
– Серу?
– Типун тебе!.. Нет, лет двадцать назад это случилось. Она тогда с нами почти не жила. Помню, как они с Эллой ругались тут у ворот. А потом Клема уговорила мать пустить ее в Севвар.
– А ребенок?
