Белое солнце дознавателей. Книга 2 полностью

Страдания — это мера любви к Богу. Так говорят жрецы. Страдания вообще мера любви.

В нашей извращенной культуре Высших, именно глубиной страданий меряют глубину чувств. Тем больше считается любовь, чем больше были испытания.

Каждая постановка в опере, каждый роман, которыми завалены все книжные лавки, воспевают только одно — страдания. И боль.

Чем сильнее боль, тем слаще награда. Люди жаждут видеть, до каких глубин может упасть человеческое существо, какую чашу боли испить, чтобы оплатить свое счастье.

Заслужить. Любовь.

Люди хотят страдать. Жаждут. Ищут любви и упиваются собственной болью.

Мы помним тех, кто поддерживал нас, да. Но гораздо лучше мы помним тех, кто сделал нам больно. И чем больнее было, тем глубже борозды, которые остались высечены в памяти.

И чем больше боль, тем сильнее превозносится сила любви. Наверное, поэтому Таджо заставлял меня страдать.

Мерой боли принято измерять меру любви. Чушь псакова!

Я проверила заряд каждого из артефактов по очереди и натянула все кольца.

Как прокачать круги быстро? Эмпатия. Боль. Много боли. Очень-много-боли. И… один менталист.

Накопитель, который мне вчера дал Райдо, валялся на столике — ровно треть заряда.

Хватит, чтобы… положить половину звезды, если бить внезапно. Разве они ждут чего-то от идиотки пятнадцати зим?

За две зимы в Столице, когда наконец проснулся темный источник, я прошла с третьего круга до седьмого под чутким руководством господина дознавателя. Восьмой круг я взяла в Легионе, а перешагнула рубеж девятого — в последнюю зиму перед тем, как нас окончательно разбили.

Мне повезло, сильно повезло, что была война — всех перестало интересовать, каким образом и за какое время ты получил круг. Важным стало только одно — что ты можешь плести.

Я выплела чары ещё раз — тот же результат — почти четвертый круг. Остался один шаг? Два?

Что хорошо — старая схема прокачки работает. Но любые странности привлекают внимание — нужно быть очень осторожной, чтобы скачки с круга на круг не привлекали лишнего внимания.

Что плохо — мне стерли память. Таджо действует, как всегда.

Нужно выяснить…сколько они смогли узнать. И, если это представляет опасность для рода…

Я обмотала цепочку накопителя вокруг запястья, вытащила кортик из сапога, проверила насколько легко и быстро выходит из ножен, и сунула в ближайший верхний карман.

Ликас обещал мне — клялся, что ни один менталист не пройдет лабиринт. Но… у них получилось. Псаки их сожри. Сколько они успели узнать? Что считали?

Пальцы я разминала тщательно — один за другим, каждый сустав, и запястья. Ещё пару мгновений перебирала плетения — я смогу запитать три. На большее не хватит запаса силы. Прикрыв глаза, воспроизвела в памяти все моменты, когда пятерка собиралась вместе… гостиная, библиотека, столовая, холл… у каждого есть излюбленное место… неосознанная иерархия.

Самые опасные — Райдо и Таджо — будут бить на поражение, и Райдо плетет чуть быстрее, но у него болят пальцы. Первыми — гасить их. Каро и Тиль обычно запаздывают и не любят брать на себя инициативу. Бутч и Сяо… будут колебаться, потому что не захотят вредить.

Я выбрала и рассчитала вектора двух плетений, приготовив заготовки. Или они вернут мне память, каждое воспоминание, которое стерли, или… их Ведущий лишится силы.