– Конечно, сестра. Конечно.
Когда за Фей-Фей захлопнулась дверь, я сгребла все украшения обратно в шкатулку и резко захлопнув крышку, отнесла обратно на туалетный столик и после этого тщательно заперла спальню.
В гардеробной, за ширмой, уже висело тщательно отглаженное артефактами платье на завтра – если Кораи пришлют слуг вечером – южный наряд высокородной сиры. Белоснежный, как и кади. Точно как положено по этикету для приветствия Семьи. Старухе будет не к чему придраться.
Коробки с дарами от рода Блау – так и лежали упакованные на стеллажах. Я щелкнула кольцами, выплетая узлы чар, чтобы проверить – всё цело. Дядина большая печать не тронута и переливается на каждом из свертков.
Лук, украшения, немного эликсиров, и несколько ханьфу – я не собиралась брать с собой много. Прошлый раз меня уже ждал новый гардероб – вряд ли что–то изменится на этот раз. Кроме ставок.
Прошлый раз в гарем ехала Светлая сира второго круга, а сейчас – темная. Темная леди третьего круга в статусе второй Наследницы клана Блау, у которого очень ... напряженные отношения с южными родичами.
Тренировочный костюм, который выбрала для ночных свиданий в пустыне, я натянула за пару мгновений. Сунула в карман пирамидку, которую приготовила для Иссихара, с записями занятия в Академии, и упала на кровать.
Подгребла под себя подушки, взбила и лениво щелкнула пальцами, гася верхние артефакты света.
В кабинете, примыкающем к библиотеке, был бардак. Свитки валялись везде, часть – приоткрытые, прижатые сверху статуэтками, стаканами, грязными пиалами – оставшимися после ужина, и даже глиняными горшками с растениями .
Бутч заглянул внутрь свитка, балансируя на одной ноге – было непросто найти куда поставить вторую, чтобы не наступить на что-то.
– «Расчет обратных искажений при работе с иллюзорными восприятиями реальности» – прочитал он вслух, погладив пальцем шершавые зеленые листья – цветок явно не имел ничего против этого конкретного раздела в менталистике. – Х-м-м...
Таджо, без верхнего форменного кафтана, в белоснежной рубашке, с небрежно закатанными по локоть рукавами, лихорадочно чертил на доске. Импровизированной – дом не был оборудован всем необходимым, и они просто взяли старую из подвала, видавшую виды, ученическую. Которая явно пережила не одно поколение неофитов.
– Немес, ашес! – доски не хватало, мел крошился, и Таджо, без тени сомнения перешел на стену рядом, продолжая расчеты на обоях. Хороших обоях – отметил Бутч, – с шелкографией. На таких писать будет непросто.
– Немес! – Таджо выругался ещё раз, когда очередная палочка мела хрупнула в пальцах.
– Перерыв, – Ашту прошагал вперед, как никогда тщательно следя за тем, чтобы даже на палец не сдвинуть ни одну из драгоценных книг и схем, разложенных вокруг – ему не простят, отобрал у Шахрейна огрызок мела, и за плечи развернул его к двери. – Пе-ре-рыв.
Когда запыхавшийся Сяо, с лихорадочно блестящими глазами, нашел его на полигоне – Бутч уже заканчивал тренировку – и сообщил, что помощь нужна – немедленно. Слово звучало так, как будто произошло как минимум нарушение последних мирийских соглашений, и войска сопредельного государства пересекли границу.
Тогда Бутч не придал этому особо значения – закрылся Шахрейн в кабинете и что? Перенес вечернее совещание – бывало. Когда Таджо одолевали идеи, он всё свободное время мог проводить за книгами, в бесполезных попытках найти решение и доказать свою теорию. Все они знали, что это... потребует времени. Расчетов. Исследований. Если возможно вообще. Но последнюю мысль они не озвучивали даже между собой – Шах был одержим идеей, а связываться с одержимым Шахрейном не хотелось никому.
И когда Малыш сказал, что Шах нашел решение – Бутч не поверил. Сколько их уже было, таких раз, когда запершись на несколько дней, потому что «почти свел показатели», Таджо выползал обессиленным, потухшим, с темными кругами под глазами. И – худым. Потому что отвлекать его даже ради еды не решался никто.
Но сейчас... пожалуй первый раз за пять зим, он был готов поверить в то, что у Шахрейна получилось.
– Псаков ублюдок, – пробормотал Ашту тихо, изучая расчеты, – ты долбанный шекков, поцелованный Немесом в задницу, придурок... ты сделал это?
Таджо поморщился.
– Ты сделал это! – Ашту восхищенно, со всей силы, хлопнул Таджо по спине, так, что тот качнулся вперед.
– Полегче! И это только один из показателей...
– Один из основных...
– ... до конца ещё далеко, но я уверен... почти уверен, – поправился Шах быстро, – что я на верном пути.
