Белое солнце дознавателей полностью

Я шевельнула кончиками пальцев – родовой перстень вспыхнул тьмой, и сила поползла вверх, клубясь, обвивая белый шелковый рукав ханьфу.

– Какие цвета у родовой силы клана Корай, сир Зу?

Старик молча смотрел прямо на меня – мерялись взглядами мы почти мгновение.

– Я повторю свой вопрос. Мне не сложно. Какого цвета родовая сила у клана Корай?

– Синий, – проскрипел он неохотно. – Глубокий синий, как полуночное небо.

– Это – синий? – сила вспыхнула облаком так, что темные языки взвились вверх – сбоку зашевелились – Тир резко шагнул вперед, но я собиралась вести себя хорошо. – Это. Синий? – повторила я с нажимом.

– Черный. Это – черный, леди.

– Тогда вы видите знак принадлежности роду Корай? – я вытянула вперед руки – чтобы было видно артефакты на пальцах, на тонких запястьях тускло–серым блеснули тяжелые и широкие наручи Арритидесов.

– Нет, леди.

– Тогда по какому праву вы отдаете указания и решаете за леди чужого клана? Невест забирают из дома, – продолжила я тише. – В присутствии Главы рода и Наследника. Это – проявление должного уважения, или... род Корай не уважает род Блау?

– Был не прав, – седая голова склонилась, но черные глаза сверкнули насмешкой – этот спектакль был рассчитан на тех, кто оставался за спиной. И я и Зу знали, что первое, что мне объяснят на территории семьи – это каким правилам подчиняется юная леди, ступившая на порог гарема. Правилам, которые нерушимы уже много сотен зим.

Вестник Акселю улетел сразу, как я осталась одна, с вопросом: «Знает ли он, какого демона здесь происходит?» Акс не знал. Дядя действительно считает моего брата слишком незрелым... или достаточно тупоголовым, чтобы вовлекать его в свои интриги. Или считает, что Акс разрушит всё? Брат получил требование прибыть завтра в клан родичей – проведать любимую и единственную сестру.

Фифу вывели из конюшни практически сразу – конюхи выполнили указания – всё было готово: праздничная попона с гербом Блау, сбруя, и даже шоры – все было в родовых цветах.

Небольшая заминка возникла с паланкином и сопровождением – красный и пустой он привлекал бы слишком много внимания, следуя за нами, и потому Зу распорядился отправить его позже и кружным путем, чтобы избежать лишних вопросов.

Вечер был в самом разгаре, но дневной зной ещё дрожал маревом в горячем воздухе, а белые камни мостовой обжигали жаром – тройка охранников разделилась, растянув купол тепла над всеми разом – и сразу повеяло прохладой. Я с благодарностью опустила ресницы, оценив жест – южане были гораздо терпимее к перепадам погоды, чем дети Севера.

Когда мы уезжали, я не оглядывалась – копыта Фифы бодро отстукивали дробь по мостовой, но знала, что ворота поместья ещё открыты – и взгляд Тира я чувствовала спиной – шея покрылась мурашками.

Пожалел, что отдал? Передумал?

Вторая цепочка, звенья которой уходили вниз, прячась под одеждой, была тонкой, витой и непривычно тяжелой. Перед самым выходом из комнаты, слуга передал мне маленький сверток, завернутый в простой белый платок с монограммой Тиров. «Сир Кантор просил надеть. Передано добровольно. Снять сможет только леди» – это всё, что сказал слуга. И большего мне не требовалось.

Когда я развернула белоснежный шелк – величиной почти с пол ладони, с вязью рун и древних символов, шестиконечная, точно такая, какую я видела на площади последний раз – в моих руках сияла Звезда Давида.

В поместье Кораев мы прибыли за полночь или около – южный крест уже горел в темном небе стрелой, указывающей в сторону столицы. Оазис, который клан Кораев наследовал и передавал из поколения в поколение, был одним из самым больших в Хали-баде. Если бы на Севере земли распределяли согласно численности рода, наши границы клановых земель уменьшились бы в десять раз. Или в двадцать?

В отличие от дома Тиров, где к этому времени все расходились спать и редких слуг можно было встретить лишь в коридорах, поместье Кораев полыхало золотыми и красными огнями артефактов, тени охранников скользили по периметру белоснежных стен, слуги бодро сновали по двору туда-сюда.

– Был ли легок путь, леди? – Управляющий клана, а это был именно он, судя по знаку на рукаве и ленте старшего, повязанной вокруг плеча, улыбался мне тепло и ласково. Как змея, у которой оставался холодный и оценивающий взгляд. Люди, занимающие такой пост в иерархии клана – любого клана, и способные удержаться на должности в течении многих зим, просто не могут быть простыми. Сожрут.

– Путь был легким, ветер прохладным, пески спокойными, с благословения Великого, – произнесла я традиционное приветствие, немного изменив концовку.

– С благословения Немеса, госпожа.