Дернула покрывало за два угла – края взлетели, как крылья птицы, сбросив на ковер бесполезный цветочный мусор. Села на тахту и приготовилась ждать.
Прошлый раз старуха позвала меня на второй ночной колокол – терпение это добродетель для любого Высшего, и особенно для юных леди. Чтобы указать место, и чтобы я достаточно хотела спать, и начала совершать ошибки.
Но в этот раз стук в дверь – легкий и деликатный, раздался спустя десять мгновений – вздрогнули бусины штор на входе, и в комнату, почтительно склонившись, вошла Лейла – одна из приближенных личных служанок хозяйки гарема.
– Леди, пусть ночь будет ясной, а день благословен Немесом. Госпожа просит вас почтить своим присутствием чайный зал...
Лейла двигалась текуче. Легко ступая по коврам так, что не оставалось следов от маленьких ножек. Мягко покачивались бедра, нежно звенели бусины подвесок на поясе. Я шла следом, заворожено следя, как камешки, легко стукаясь, смещаются вправо-влево, вправо-влево. Свет в коридорах приглушили — пряно пахло ночными цветами, тонкие белые занавески на окнах лениво колыхались.
Лейла — вела. Подвески – звенели. Теплый ветер шевелил пряди у виска.
Даже через десять зим, если я буду всё время посвящать тренировкам — не смогу двигаться так же. Текучая грация. Старуха говорила, что девушки должны быть, как вода — нежны и податливы, принимая ту форму, которую задает структура земли – мужчины строят русло, женщины наполняют.
Но Рейна постоянно забывала, что снег — это тоже вода. И лавины в горах. И водопады на западе, и грохочущие горные реки, которые по весне выходят из берегов и сметают всё на своем пути. Воду нельзя удержать – уйдет сквозь пальцы, и впитается в песок.
И…всегда найдет путь. Свой путь.
Чуть округлила плечи, как Лейла, чуть приподняла подбородок — выше, и скользила сзади, пытаясь повторять движения — шаг в шаг, пока мне не удалось уловить темп. Покачивались бедра, звенели подвески, чуть отлетала в сторону правая рука. Я поймала ритм и поймала внутреннее состояние — Лейле была горда и спокойна. И к тому моменту, как мы достигли чайного домика, такой же гордой и совершенно спокойной стала я.
Служанка представила меня коротко – звякнули бусины на входе в «чайный зал», хотя это скорее крытая площадка под открытым небом – на три стороны открывался вид на ночной сад, подсвеченный фонариками, и несколько изящных светляков кружили сверху, отбрасывая причудливые тени на лица дам.
Около двадцати леди -- самые приближенные, судя по роскошным нарядам и пальцам, унизанным перстнями так плотно, что удержать любое плетение больше чем на три узла, будет проблематично.
Рейна сидела на небольшом возвышении – несколько ступенек образовывали единый постамент–площадку на мягких подушечках. Остальные – ниже, и ниже, исходя из ранга. Я поклонилась на южный манер и сложила руки на груди – приветствие Старшим, мне синхронно и молча кивнули в ответ, щелкнули застежки кади – и все открыли лица, в качестве жеста ответного уважения.
Умные, спокойные, сосредоточенные лица – только одна девица, сидящая с самого края, лукаво косила глазами, с трудом удерживая рвущуюся с губ улыбку.
– Госпожа, леди, дочь рода Блау благодарит за гостеприимство дом Корай.
– Подойди, дитя севера, – старуха проскрипела тихо, и поманила к себе.
Я – плавно и медленно, подражая движениям Лейлы, прошла вперед и повторила традиционное приветствие.
– Глаза, как южная ночь, кожа белее песков, нрав… – старуха усмехнулась, – … как у пустынной шекки… – кто-то из дам тихо подавился смешком. – Я приветствую тебя в своем доме, дитя, выросшее среди мужчин… если Немес будет благоволить нам, за эти несколько дней ты научишься тому, что должна знать каждая истинная госпожа… Гарем, – старуха повела рукой полукруг – звякнули четки, – это территория женщин, и здесь действуют свои правила…
Дальше не было ничего интересного – Рейна вещала, тоже самое, что я уже пропускала один раз мимо ушей в прошлой жизни, разбавляя речь архаичными выражениями – так не говорят уже зим сто как, и через слово поминая змеиного Бога.
Но место, которое мне уступили – одна из дам встала, освободив подушечку – было не таким, как прошлый раз – второе с конца, нет, сегодня светила сменили путь – и я сидела четвертой по счету. От Рейны. Статус, которого в гареме добиваются зимами. Статус, ради которого убивают, рожают детей и травят соперниц.
