Белокурая гейша полностью

Куда же запропастилась молодая майко? Или он сходит с ума и она ему лишь привиделась?

- Ах-х-х-х, - прошептал дребезжащий голос за его спиной.

Рид молниеносно развернулся и с удивлением обнаружил старуху с черными зубами, стоящую у большой бронзовой печи, предназначенной для воскурения благовоний. Пары дыма окутывали ее, делая похожей на призрака. Она протянула вперед ладонь, будто прося положить на нее монету, чтобы поддерживать огонь в печи.

Так как толпы вокруг них не было и никто не шаркал обутыми в сандалии ногами, старуха продолжила что-то бормотать и махать на Рида руками. Не прошло и нескольких секунд, как к ее голосу присоединились другие. Хотя глаза его жгло от ароматического тумана, Рид все же различил сидящих на корточках мужчин. Они продавали амулеты, четки и ароматические палочки.

Выудив из кармана несколько медных монет, молодой человек бросил их старухе. Она воззрилась на них, затем пробормотала что-то, чего он не сумел понять, и указала на веранду в задней части храма. Этот странный жест подвиг Рида на дальнейшие действия, так как он счел, что женщина пытается ему помочь.

На размышления у него не оставалось ни секунды. Двум самураям не потребуется много времени, чтобы обуздать своих лошадей и броситься в погоню за ним по крутому склону холма. На этот раз они точно не будут пребывать в дружелюбном настроении и не станут кланяться и бормотать что-то, но удержат его до тех пор, пока девушка, которую он считал белокурой гейшей, не ускользнет.

Прежде чем Рид сумел претворить свои намерения в жизнь, раздался полый, гулкий звук гонга. Поначалу он решил даже, что звук этот существует лишь в его голове. Неужели усталость, накопившаяся за время долгого путешествия, играет с ним шутки? Нет, звук доносился с веранды.

Едва взглянув на старуху с черными зубами, молодой человек бросился бежать через храм, расталкивая бритоголовых монахов и выбивая у них из рук маленькие серебряные свитки и металлические амулеты, которые падали на каменный пол. Он бормотал извинения, но не оглядывался назад.

Почему бьют в гонг? Означает ли этот звук приближающуюся опасность?

Когда Рид пересек храм и вступил на широкую деревянную платформу веранды, снова раздался звук гонга, заставив его со всех ног броситься наружу. Высокая молодая женщина, облаченная лишь в кимоно из тончайшей материи, с которого на пол стекали струйки воды, балансировала на краю балкона. Хотя Рид понимал, что любой достойный мужчина отвел бы взгляд и не стал пялиться на почти обнаженного ангела, едва прикрытого прозрачными крыльями, он так не поступил. Шелковистый материал льнул к телу женщины, точно вторая кожа, четко обрисовывая очертания грудей и крутых бедер. Руки ее были раскинуты, а широкие влажные от тумана рукава кимоно длиной до колен в самом деле напоминали крылья небесного создания. От нее исходил аромат благовоний, зачаровывающий Рида. Тут сердце его замерло.

Боже всемогущий, это же она. Кэтлин Маллори.

И она намерена прыгнуть вниз.

Возвышаясь над раздражающим пурпурно-красным сиянием листвы кленовых деревьев и игнорируя отдающийся в ушах звук гонга, я стояла, затаив дыхание, на узком балконном ограждении, широко расставив ноги и удерживая равновесие с помощью раскинутых в стороны рук. Мне нравилось это ощущение легкости, воздушности и невыразимой свободы.

После пугающей встречи с бароном меня охватило страстное желание воплотить в жизнь одну свою детскую фантазию. Я вскарабкалась на балконное ограждение, точно моя обожаемая героиня леди Джиоюши, и широко раскинула руки в стороны.

Согласно легенде, которую я знала наизусть, знаменитая гейша стояла на краю балкона в прозрачном кимоно, такая же эфемерная, как и струящийся мир, окутывающий ее грудь, живот, ноги. Она грозилась спрыгнуть вниз, если сёгун не освободит ее возлюбленного. Тот согласился сделать это только с условием, что она станцует перед ним обнаженной, а потом проведет ночь на его футоне. Сёгун настаивал, чтобы она отдалась ему во всех сексуальных позициях, согласно учению древнего Магического Мастера, чтобы он, сёгун, мог достичь душевной гармонии.

Я воображала, что я и есть леди Джиоюши, удовлетворяющая сёгуна и одновременно спасающая своего возлюбленного, используя свое тело, чтобы воспроизвести пятнадцать основных движений соития, а потом применить их в сорока восьми позициях, заставляя сёгуна испытывать один оргазм за другим.

Я распростерла руки еще шире, сожалея, что не умею летать, а то воспарила бы к небесам, почувствовав абсолютную свободу и отыскав своего друга сердца…

За какую-то долю секунды все изменилось так разительно, что я едва могла перевести дух.