Можно задаться непростым вопросом: кем смотрится Лавр Георгиевич Корнилов в отечественной истории спустя 90 лет после своей гибели? Для соратников по Белому движению «спорный для историков» генерал был «народным героем». Человеком бесспорной офицерской чести и бескорыстности, верным солдатскому долгу перед Отечеством, лично храбрым, умеющим повести за собой в бой тысячи людей. Смело поднявший голос против надругательства над российской государственностью, развала русской армии и поругания фронтового офицерства.
Корнилов попытался восстать против сил, которые вели воюющую республиканскую Россию, как считал, к катастрофе. Попытавшись установить военную диктатуру (личную власть сильного человека), он хотел остановить разложение внутри страны, восстановить боеспособность армии и Русского фронта, выступая за войну до победного конца.
Историки по сей день спорят о том, «мог ли быть удачен августовский „мятеж“, не измени Корнилову в последний миг его союзники» из Временного правительства Керенский и Савинков. Думается, что нет.
Для красных генерал Корнилов был махровым контрреволюционером, в числе первых поднявшимся против власти Советов. Термином «корниловец» после августовского путча 1917 года в годы Гражданской войны клеймили всех, кто с оружием в руках или без оружия стоял за старую Россию. Во многих случаях это было равнозначно смертному приговору. Гражданскую войну Корнилов и его соратники в итоге проиграли, но не морально, не нравственно.
Начиная с августа 1917 года по самый конец XX столетия россияне знали Лавра Георгиевича Корнилова как отпетого, идейного врага трудового народа, одного из вождей белогвардейского лагеря. Боевой генерал с полководческими задатками, участник трех войн, представлялся обычно как защитник «буржуазии, помещиков и капиталистов». Но только не как защитник старой российской государственности, старой русской армии. Замалчивался даже тот факт, что он происходил из семьи простого, трудового казака.
Корнилов привнес в отечественную историю собственное «я», хотя и проиграл на военном поприще в противостоянии Белого и Красного дела. Как российского правителя история его не знает, то, что он якобы «метил в диктаторы» в августе и декабре 1917 года, вопрос дискуссионный и по сей день не доказанный.
Но переустроить новую Россию «на белый лад» Лавр Георгиевич не смог даже ценой собственной жизни, которую выходец из сибирских казаков положил на алтарь Гражданской войны без колебаний. Думается, что он так и не осознал того, что пути к старой России в начавшейся кровавой Гражданской войне нет.
Отцом человека, имя которого пользовалось разной известностью в двух мировых войнах, был генерал-лейтенант Н. И. Краснов, автор известных в свое время трудов по истории и географии Области войска Донского. Родился в Санкт-Петербурге (его отец служил в Главном управлении казачьих войск) в 1869 году. Записан был Краснов-младший казаком верхнедонской станицы Вешенской (по другим данным – Каргинской).
Сперва Петр Краснов закончил столичный Александровский кадетский корпус. Затем в 18 лет поступил в 1-е Павловское военное училище, из которого выпустился в 1889 году хорунжим в лейб-гвардии Атаманский Наследника Цесаревича полк (первоначально состоял в комплекте Донских казачьих полков).
В 1893–1894 годах прошел курс академического образования. То есть пробыл один год слушателем Николаевской академии Генерального штаба, откуда был отчислен в строй (по собственному желанию ушел обратно в полк).
В 1897–1898 годах исполнял должность начальника казачьего конвоя при русской дипломатической миссии полковника Артамонова в Абиссинии (Эфиопии). За джигитовку донских казаков император Менелик II наградил сотника Краснова офицерским крестом Эфиопской звезды 3-й степени.
Много лет состоя полковым адъютантом в полку донской казачьей гвардии, Петр Краснов рано проявил писательский талант, который в его многочисленных литературных произведениях несомненен. В молодости он начал сотрудничать в ряде изданий, в том числе и в популярном в читательской среде на рубеже веков «Русском инвалиде», от которого совершил командировки на Дальний Восток, в Китай, Турцию Персию и Маньчжурию. Публиковался в журналах «Разведчик» и «Вестник русской конницы». Это принесло ему известность, в том числе и в казачьих кругах, на родном Дону.
К числу его наиболее известных военно-исторических работ, увидевших свет к началу Первой мировой войны, стали такие, как «Краткий очерк истории лейб-гвардии Его императорского Высочества Наследника Цесаревича Атаманского полка», «Русско-японская война» в двух томах, «Донцы и Платов в 1812 году», ряд других произведений.
Как военный корреспондент «Русского инвалида», принимал участие в Китайском походе 1900–1901 годов, когда русские войска в составе международного корпуса, основу которого составляли японские военные, участвовали в подавлении Ихэтуаньского («Боксерского») восстания в Китае, во взятии Пекина.