По дороге я понял, что толком не помню городской адрес Аси: мы собирались у нее от силы пару раз, еще когда она училась в школе. И Дэн не помнил. Мы позвонили снова, но Ася трубку больше не брала, и, готовясь к длительным гневным речам, я решился разбудить Марти. Как ни странно, она не стала орать, а только задумчиво повторила то, что я сам повторил за Асей:
– Жуткая ночь… Да, Лёв. Она права. Жуткая.
Через двадцать минут Марти села в машину. И то ли меня глючило, то ли всю дорогу город очень неприветливо скалился нам навстречу, а по пути попадалось слишком много лиловой иллюминации. Kinda creepy[27].
Дверь в Асину квартиру была открыта настежь, и Лева с Дэном и Марти вошли сами. Свет не горел, висела душная тишина. Лева вспомнил, как Марти сказала когда-то про этот дом – будто он вызывает у нее ощущение пустоты, такой большой провальной ямы. Вроде странно: дом неплохой, чистый, уютный. Но теперь Лева наконец понял, что она имела в виду. Ему не особо хотелось сюда заходить.
– Опять родителей нет. Вот знаешь, даже когда мы приходили в гости мелкими, предков ее я видела через раз, – прошептала Марти, огляделась и позвала полушепотом: – Ау! Аська!
– Ася-я, – позвал и Дэн. Он достал телефон и включил фонарик.
Впереди тоже что-то блеснуло. Навстречу поплыл оранжевый огонек свечи, и вскоре Лева различил длинную белую рубашку и непривычно распущенные волосы. Ася шла как-то нетвердо, покачиваясь и щурясь, точно не узнавая гостей. В ее облике – симпатичном, но отрешенном – было что-то от «невесты Дракулы». Марти насторожилась, или Леве так показалось. Но уже через несколько секунд она, подойдя к подруге и чмокнув ее, небрежно поинтересовалась:
– Почему такая темень, красотка?
– Пробки выбило, – хрипло прошептала Ася. – Проходите. – Она с легким удивлением оглядела Леву и Дэна. – Все. Как вас много…
Не так чтобы она сказала это радостно, скорее задумчиво-испуганно. Но на улыбку Дэна постаралась ответить.
– А где Лина? – осторожно спросил Лева. – И как она там?
– В комнате. – Ася кивнула себе за спину. Там клубились густые тени. – Не знаю, ребята. Правда, не знаю и очень злюсь. Ничего не понимаю.
Марти потрепала ее по плечу. Перстень-коготь на пальце блеснул искоркой, но, когда Лева потер глаз, металл снова был тусклым. Дэн посмотрел на дверь в спальню.
– Ты хочешь, чтобы мы что?
Правильный вопрос. Лева имел об этом смутные представления.
– Не знаю, – снова сказала Ася и натянуто улыбнулась. – Я уже пожалела, что позвонила. Зря заистерила. Я же сама знаю, что такое кошмары. После них можно и на родную мать наброситься иногда.
– Ты набрасывалась? – странным тоном спросила Марти.
Ася тут же потупилась.
– Я фигурально.
– Фигура-ально, – что-то подсказало Леве: нужно заминать, и он поспешил пошутить: – Собрались тут филологини! Хватит, а ну брысь. – И он первым пошел вперед, в темноту. – Бедный ребенок. За слово «фигурально» я бы и сам набросился.
Хотя кидать в стену чужих щенков вряд ли бы стал. Но этого он не сказал.
Дэн с Марти вошли в комнату следом за ним и огляделись в рассеянном полумраке. Линка не спала – плакала, завернувшись в одеяло так, будто пыталась в нем утонуть. Она подняла глаза, и от ужаса в них Лева даже обернулся: нет ли за спиной какого монстра. Но там не было никого, кроме Аси. И все те же густые тени плясали на стене.
– Ну привет. – Возвращая самообладание, он подошел и присел на край кровати. – А мы вот в гости завалились! Кто ходит в гости по ночам…
– Из-за меня? – прервала Лина. Она глядела слишком взросло, врать язык не поворачивался, и Лева выбрал полуправду:
– Ну вообще мы и так по твоей вредине-сестре соскучились, да, ребят?
– Еще как, – подтвердил Дэн, тоже подходя ближе.
Марти кивнула. Она ходила вдоль стен, зачем-то их щупая. Кольцо продолжало глючно искрить.
– Чего не спишь-то? – как ни в чем не бывало спросил Лева. Линка отвела глаза.
– Боюсь.
– Ну-у, малышка, – вздохнула Марти. Она приблизилась и теперь стояла у Левы за спиной, как и Дэн. – Чего?
Линка посмотрела не на нее, а на сестру. Ася застыла на пороге, скрестив руки на груди, поджав губы. Ничего не говорила, никак не давала понять, что не сердится, не собирается ругаться, все понимает… что она там еще утверждала в коридоре?
– Не бойся ее, – первым нашелся Дэн. – Она только выглядит сурово. А на самом деле тебя любит. Видишь, так из-за тебя расстроилась, что решила в ночи позвать гостей.
