Марти поправила сползающий с расплавленного сыра кусок колбасы и с хрустом впилась в бутерброд зубами, показывая, что спорить не собирается. Лева покосился сначала на нее, потом на Асю, открыл рот, но передумал высказываться. А вот Дэн поднял от листа голову, явно о чем-то вспомнив. Потер глаза, взял кружку и, отпивая из нее, спросил у Аси:
– А что за кошмар видела ты?
– Я? – Она удивленно приподняла светлые брови. – С чего ты взял?
– Ты сама говорила, когда звонила мне, – вспомнил и Лева. – «Снилось всякое…»
– А… – Ася задумалась. – Да, правда. Был сон, неприятный. Я, наверно, вам не рассказывала, но мне снятся странности.
– Что ты путешествуешь с собакой в разные времена? – спросила Марти.
– А ты, вижу, все успеваешь читать? – мрачно усмехнулась Ася. – Да. И сегодня тоже. Я была сначала в сокровищнице, где все золото лежало на костях, а потом – в современном городе, вроде даже в Москве, где-то в центре. И со мной был пес, и он был недоволен, потому что запах чужой крови его сбивал. И такой тяжелый воздух всюду… Я быстро проснулась. Даже не помню, нашла ли человека, который был мне нужен.
– А не одного ли пса вы с Линой видели? – Лева отпил чая, всматриваясь в искаженное неровным светом лицо Аси. Она покачала головой:
– Мой очень даже симпатичный, лоснится весь, на Рублика похож. А у Лины Собака Баскервилей какая-то, честное слово.
Возле холодильника что-то зашуршало. Лева обернулся. Из картонной коробки высунулся, сонно моргая, лохматый черный щенок, видимо, отозвавшийся на свою кличку. Лева помнил: Ася взяла его тогда же, когда он взял Обломова, и с некоторым удивлением отметил, что щенок почти не подрос. Порода такая? Ах да, какая там порода, королевская дворняжка. Но странно, Нэна, которую они из-за косматости сочли его мамкой, вроде крупная…
– Он точно в порядке? – сочувственно спросил Дэн. Скорее всего, он имел в виду встречу со стеной.
– Да-да. – Но Ася поежилась. – И все равно жуть. Линка у меня такая смелая, добрая, а уж чтобы она собак боялась и кидалась на них…
– Знаете, Ника в детстве тоже боялась монстра, который в снах к ней приходил, иногда тоже собакой! – произнесла вдруг Марти. – И она говорит… – Марти чуть понизила голос: – Он вылезал из шкафа, когда она
В тот самый момент в окно с размаху врезалась какая-то ненормальная птица. Шмяк был сильный. Дэн уронил карандаш, я ограничился тем, что подскочил на стуле и пролил чай на рубашку, зато Марти и Ася хором завизжали на всю квартиру. Даже не знаю, как они не разбудили Линку. Но атмосфера как-то разрядилась, мы все засмеялись и сразу забыли про монстров. Доедая бутерброды, болтали уже о всяких пустяках.
– Не хочу домой, – заявила Марти, когда они вышли на улицу.
Лева посмотрел на часы: шесть утра. Вообще в это время домой уже надо бы хотеть.
– Мой рабочий день официально начинается через два часа, – сказал он. – Можем поехать в лабораторию, хотя мне там сегодня особо нечего делать. – Он вопросительно посмотрел на Дэна. – А ты?
– Мне к третьей паре, – напомнил он и чуть улыбнулся. – В лабораторию – значит, в лабораторию. Никогда у тебя не был.
– А там есть чайник? – капризно поинтересовалась Марти. – А кофе у тебя есть? Растворимый?
– Есть все, хотя по технике безопасности нельзя. Впрочем, – он подмигнул, – и мышей туда водить тоже нельзя.
– Тогда поехали! – согласилась Марти. – Хочу кофе!
Лева немного удивился:
– Мы же только что пили чай. Не лопнешь?
Марти замялась, но все-таки призналась:
– У Аси в доме вода какая-то… не знаю. Или это мне так показалось из-за общей атмосферы. Чай какой-то не чай…
– Ты слопала там три бутерброда, – не преминул напомнить Дэн.
– Скажешь, что и колбаса не колбаса? – хмыкнул Лева. – Отравлена злыми духами?
Марти рассмеялась:
– Нет. К колбасе претензий нет. Трудно испортить то, в чем нет ничего натурального.
Вполне удовлетворенный этим аргументом, Лева галантно открыл ей дверцу машины. Марти уселась на заднее сиденье, вытянула ноги и по-королевски откинулась на спинку; Дэн забрался вперед. Вскоре Лева отъехал от Асиного дома, напоследок обернувшись. Свет починили, но многоэтажка все равно казалась мрачной глыбой. Или безлюдной пещерой.
– Как успехи по гениальным лекарствам? – Марти отвлекла его от странных образов: стокеровская Люси Вестенра с Асиным лицом.
Лева мотнул головой и прибавил скорости: дорога была пока почти пустая. И располагала к философским разговорам.
– Чувствую, ждет меня судьба тех, кто ищет философский камень, – посетовал он. – То есть никакая. За последние месяцы ничего прорывного, так, рутина.
Марти сзади потрепала его по волосам.
– Ну, не будь пессимистом.
